— Сейчас плащ возьму и пойдем к дальним сараям. Там все лежит сейчас."

"— Нет, фера, темнеет, — спохватился Гасми. — Чего в потемках шастать? С факелами в руках эти мешки пересматривать. Засветло со всем не разберемся. Да и теплее с приходом ночи не становится. Я завтра днем еще раз подойду. Обоз ждет.

— Думаю, ты прав. На ночь глядя уже никому не хочется ничего таскать. Тем более, я заметила: еще то, что поднесли, не уложили. Буду ждать тебя завтра.

— Да, фера, — он склонился, но глаза не опустил.

Сглотнув, я отдернула себя. Ну одинокий мужик стоит перед женщиной.

Нормально, что осматривает со всех сторон.

Давно я, видимо, в казармы не заходила. Нужно будет посетить, чтобы вспомнить как оно там все. А то трепетной ланью становлюсь.

— Можешь идти, Гасми, — махнув рукой, обошла его и прислушалась.

Шаги. Уходит, значит.

Выдохнув, пошла к себе. Коридоры были уже пусты. Служанки разбрелись по комнатам, хорошо, если своим, а не казарменным. Дом медленно погружался в сон.

Открыв дверь в свою комнату, нахмурилась. Грязь на полу. Явно от мужских сапог осталась. Айдан? Хм... Я не заметила, чтобы у него были настолько выпачканные сапоги.

А тут явно кто-то по лесу шастал. Пройдясь по помещению взглядом, разве что только не фыркнула. Два сундука, явно не моих, скромненько стояли у стеночки. И зелье на столе. Это, видимо, презент от Моргана.

Закрыв за собой дверь, подошла сначала к сундукам. Так хотелось позвать воинов и приказать выставить это вон. Но... Я тут же представила, какие с утра поползут слухи. Сначала по дому, затем по всей территории поместья, а потом и вовсе по фьефу. Старшая фера Рьяна выставляет сундуки своего любовника генерала драконов Айдана из комнаты.

Видимо, провинился ящер. Не удовлетворил... И прочая грязь польется рекой, обрастая гадкими подробностями. И всем будет плевать, где там правда, а где ложь. Лишь бы языками почесать.

Вздохнув, уселась на один из этих треклятых сундуков.

Что с ним делать, с этим напористым лисом?

Непрошибаемый тип. С такими я еще никогда не сталкивалась. Этот не только каганат белых волков завоюет, он кого угодно до трясучки доведет.

Приоткрыв крышку второго сундука, уставилась на ворох бумаг. Проявив любопытство, подняла несколько листов.

Рисунки границ фьефов, сбоку явно наспех записанные мысли, идеи. Усмехнувшись, посмотрела еще несколько подобных схемок и, наконец, нашла кое-что о себе. Запись явно делали давно, лист измятый, потертый, местами границы моего фьефа исчезли. Но интересовали меня приписки сбоку.

«Фьеф Снежных барсов»

«Правит фера, говорят, красивая молодая женщина»

«Нужно заключить союз»

И последняя запись. Мои губы изогнулись в усмешке:

«Моя отвергнутая невеста. Легко не будет»

Знал, ящерка моя, к кому шел. Что же...