— Хочешь, чтобы простила — завоюй!

— Хм... Я тебе эту землю, а ты идешь со мной в храм? — Айдан приподнял бровь. — Говорят, у вас, перевертышей, и у ведьм считается законным только тот брак, что совершен по вашим обычаям.

— Да, генерал, — я кивнула. — Сложно у нас с тобой все будет. Пока ты не обезопасишь мой фьеф — в храм я с тобой не пойду и о детях не заикайся. Рожать я буду лишь тогда, когда и отца твоего с его шакалами не будет у моих границ, и с юга орды бешенных лезть перестанут. Вот тогда и сможешь назвать меня своей женой."

"— Но в постель-то пустишь? — он важно растер подбородок.

— Не романтик ты, — я усмехнулась, прекрасно понимая, что достаточно у него сил, чтобы справиться с белыми волками.

— Кстати, это земли того самого ханыма, которому меня якобы обещали, — пробормотала, проведя пальцем по линии границ. — Мне кажется, у него тоже есть большое желание расширить свои территории за счет моего фьефа. Да только пока никак. Вот и трепет мне нервы набегами на деревни да разграбляя обозы.

— Хорошо, — Айдан кивнул. — В твоем плане есть своя логика. Один каганат захватить куда проще, особенно, если зайти с разных сторон.

Дьярви может измотать его здесь, — Айдан, как и я, водил указательным пальцем по кривым линиям. — Вегарт зайдет с востока, — его палец сместился. — Мы возьмем его в кольцо... А здесь кто? — он постучал по фьефу западнее.

— Здесь крупный клан снежных тигров. У них с племенами волков напряженные отношения. Не полезут туда псы.

— Вот и славно, — Айдан откинулся на стуле и пригладил мое бедро. — Ты права, обносить свои же леса и шахты не дело. А вот заглянуть к соседям. Может, и им пару липовых гонцов подложить? Пусть там слегка расслабятся, мечтая о союзе.

— Подло, — я приподняла бровь.

— А ты где видела благородную войну, Рьяна? Мое дело — убить врага и сохранить жизни своим людям. Остальное меня не заботит. Нисколечко.

Столь бурное утро не отпускало. На улице появились первые сумерки, а я все бродила по дому как душа неприкаянная. Тревога просто душила. Но не понимала, откуда это навязчивое чувство. Поднимая взгляд, я избегала окон и прочих поверхностей, способных отражать пространство. Страх сжимал когтями сердце.

На меня косились служанки.

Девушки бегали по дому, устраняя беспорядок, оставленный нашими новыми постояльцами. Людям становилось лучше, но они по-прежнему занимали комнаты прислуги. Не отправлять же их на улицу.

Я все-таки невольно взглянула в окно. Снег. Мир за считаные часы преобразился, став белоснежным. Воздушные хлопья облепляли заборы, кусты, почерневшую траву и цветы на клумбах, деревья, фонари, крыши...

Зима. Так рано.

Поежившись, заспешила к себе. Но в какой-то момент, задумавшись, свернула не туда и вышла к комнатам Филлии.