Повисшее в карете молчание, увы, оказалось скоротечным.

— Мне, казалось, ты сообразительнее будешь, Рьяна, — ави Морган поймал мой взгляд. — Убили не всех. Есть ты и Филлия. О ней кто думать будет? Потеряешь все, куда с ней пойдешь?

Я не ответила. В душе поднялась волна возмущения, но чем больше я думала над его словами, тем логичнее они мне казались. Ведь и папа говорил, что везет меня ко двору только потому, что нашим землям нужны союзники в борьбе с красноглазыми. И действительно я уже почти невеста, еще несколько лет и вполне готова в храм идти. А Филлия? Много мужчин согласятся на нищую феру с ребенком в довесок?

Меня передернуло.

Ненависть к бешеным застилала разум. Это все из-за них!

Их нужно убивать! Уничтожать! Твари красноглазые!

Позади нашей кареты вновь поднялся шум. Кучер, не предупреждая нас, прижался ближе к обочине, наезжая колесами на невысокую траву.

— Что там? — переполошилась я.

— Жених твой едет, — в интонации ави Моргана я уловила странные нотки.

Пренебрежение. Отторжение. Неприязнь.

— Он вам не нравится? — в открытую спросила и всё же покосилась в окно.

— Высокомерный молодой дракон, — столь же прямо ответил маг. — Совсем недавно получил истинное имя, а уже генерал драконов.

Его мысль я уловила. Ничего не добился сам, значит.

Придвинувшись ближе к двери, высунулась из окна. Отряд всадников летел по дороге вперёд. Огромные, сильные жеребцы под воинами тяжело дышали, выпуская облачко пара.

Народ разбегался, прижимался, как и мы, к краю дороги. Торговцы в испуге голосили.

А эти и не думали придержать коней.

От них сквозило высокомерием."

"Воины драконов. Победители! Мужчины в плотных кожаных куртках с металлическими вставками. На головах капюшоны. На моих скулах заходили желваки. Остановить бы их и спросить, что на их землях делают красноглазые? И раз они такие всемогущие, то чего же допускают убийства? Или силенок только на то, чтобы простой люд расшугать, и хватает?!

Я оскалилась.

Мой взгляд привлек тот, что скакал первым. Рыжий! Это было в диковинку для меня. Нет, цвет его волос не напоминал морковку. Скорее темное золото. На лице воина застыло, казалось бы, навечно все то же высокомерие.

Да он был молод.

— Сколько ему лет? — зачем-то спросила.

— Двадцать, — нехотя ответил ави Морган.

— Маловато для генерала, — фыркнула, чувствуя, что этот молодой мужчина совсем не тревожит моё сердце.

Он поравнялся с каретой и, повернув голову, взглянул на меня. Нахмурился и, кажется, поморщился.

Мой зверь глухо зарычал, чувствуя, неуместную обиду. Да, я понимала, как выгляжу. Ночь под дождем пешего хода с племянницей на спине по грязи меня краше не сделала. Но это не повод фыркать в мою сторону.

— Неприятный тип, — вырвалось у меня.

— Рьяна! — голос ави Моргана стал строгим.