Он сразу понял, что это тачка того самого крепыша, который мало того что в два счета завалил обоих его подельников и его самого чуть не отправил на тот свет, так еще, сука, и чемодан отбил, из-за которого вся эта херомундия закрутилась… Чего ради, получается, жизнью рисковали.

Через двадцать минут, покинув Кусковский парк, Сашка уже несся по МКАД в сторону Западного округа, сам не зная, куда и зачем едет… Так, пер себе по трассе — лишь бы подальше от греха. Потом, как будто встрепенувшись во сне, он на автомате свернул на Боровское шоссе и рванул в сторону области, но тут им вдруг овладела смертельная усталость: глаза слипались, голова точно свинцом налилась.

Простреленная рука болела невыносимо, ее надо было перевязать, остановить кровотечение. Но Сашка, еще долго находясь в шоке, не решался остановить машину. В конце концов он сделал усилие над собой, встал на обочине и, кое-как забинтовав руку, решил вздремнуть полчасика.

Вот тебе и полчасика… Солнце вовсю сияет! Сколько там натыкало? Уже семь пятьдесят.

Гребаный калач, он же должен был сразу позвонить! Блин! Мудак! Вот так на свою задницу приключения и находят.

Через двадцать минут, стоя в замызганной, пахнущей застарелой мочой телефонной будке около станции метро «Юго-Западная» и набирая номер, раненый Сашка лихорадочно соображал, что же ему сказать в сложившейся ситуации.

— Это Сухарь… — хриплым шепотком представился он."

"— Ты чего же, падла, не звонишь? — свирепо рявкнул голос на другом конце провода.

— Мог бы, позвонил, — слабо огрызнулся Сашка.

— Ты, умник, — продолжал строгий голос в трубке, — я тебя всю ночь прождал у телефона, а ты мне свою туфту втираешь про то, что мог или не мог.

Сашка молчал, понимая, что его собеседник прав. Хотя тот еще не знал о самом неприятном.

— Ну как там дела, рассказывай! — снова раздался строгий голос.

— Хреновые дела, все сорвалось… — прохрипел Сухарь, страшно разволновавшись. — Как вы и сказали, там был один дед. Деда мы быстро раскололи, правда, пришлось его покромсать малость, но потом он все нам вывалил — и место указал, и шифр сейфового замка продиктовал… Мы уже и сейф открыли, и достали…

— Что там было? — перебил его собеседник.

— Чемодан. Только один тяжеленный чемодан. И бабки еще. Баксы… Совсем немного… Но мы баксы не тронули… — При этих словах Сухарь пощупал внутренний карман кожанки, куда он тайком от своих спутников в последний момент засунул-таки пару пачек стодолларовых купюр. — А вот чемодан… С чемоданом облом вышел.