Его руки и ноги были тоненькими и слабыми, а лицо… Ни у одного ребёнка не было такого ужасного лица — плоского, змеиного, со светящимися красными глазами.

Существо казалось совсем беспомощным. Оно подняло свои тоненькие ручки, обнимая Червехвоста за шею, чтобы тот его поднял. В этот момент капюшон Червехвоста соскользнул, и в неровном свете пламени Гарри увидел, что его лицо перекошено от отвращения. На секунду при свете вспышек, танцующих на поверхности зелья перед Гарри мелькнуло лицо твари, плоское и злобное. Затем Червехвост опустил существо в котёл. Послышалось шипение, и оно скрылось в глубине.

Гарри услышал, как слабое тело с тихим стуком ударилось о дно котла.

Хоть бы он утонул, думал Гарри. Его шрам невыносимо горел. Пусть он утонет, пожалуйста! Червехвост заговорил, его голос дрожал, как лист на ветру. Он поднял волшебную палочку, закрыл глаза и произнес:

— Кость отца, без ведома данная, ты обновишь своего сына!

Поверхность могилы у ног Гарри затрещала. Он с ужасом смотрел, как тонкая струйка праха поднялась в воздух по приказу Червехвоста и мягко упала в котёл. Сияющая поверхность зелья помутнела и зашипела, вспышки разлетелись во все стороны, и отвар засветился ядовито-голубым цветом.

Червехвост чуть слышно заскулил, доставая из-под плаща длинный, тонкий, сверкающий серебром кинжал. Его голос перешёл в приглушённые рыдания.

— Плоть… слуги… д-добровольно данная — ты… оживишь… своего господина.

Червехвост вытянул перед собой правую руку — ту, на которой не хватало пальца. Он сжал кинжал левой рукой и замахнулся…

Гарри понял, что собирается сделать Червехвост за секунду до того, как оно свершилось, и зажмурился изо всех сил.

Если бы мог, он зажал бы уши, чтобы не слышать пронзительного крика, огласившего ночь. Но он слышал, он слышал, как что-то упало на землю, слышал, как Червехвост задыхается в муках, слышал отвратительный всплеск, будто что-то упало в котёл. Он не мог заставить себя открыть глаза… но зелье стало огненно-красным, и его сияние просвечивало сквозь веки Гарри…

Вдруг он ощутил дыхание на своем лице и понял, что Червехвост стоит прямо перед ним, тяжело дыша и подвывая от боли.

— К-кровь врага… насильно взятая… ты воскресишь своего недруга.

Гарри ничего не мог поделать, он был слишком крепко связан. Глядя вниз, безнадежно пытаясь ослабить веревки, он увидел серебряный кинжал, дрожащий в оставшейся руке Червехвоста. Он почувствовал, как острие входит в сгиб его руки и кровь течёт по рукаву разорванной мантии. Червехвост, корчась от боли, вынул из кармана маленький стеклянный сосуд и приложил его к ране Гарри, чтобы кровь стекала туда."

"Затем он устремился к котлу, и вылил кровь Гарри в зелье. Жидкость внезапно стала ослепительно белой.