Гарри взглянул в голубые глаза Дамблдора и тот вопрос, который он хотел задать, сорвался с его губ, прежде чем он смог его удержать.

— Профессор, а почему вы так уверены, что он больше не поддерживает Волдеморта?

Дамблдор несколько секунд молчал и не отрывал своих глаз от глаз Гарри, а затем сказал: — А это, Гарри, сугубо личное дело: моё и профессора Снейпа.

И Гарри стало ясно, что аудиенция закончилась. Дамблдор не выглядел рассерженным, но в его тоне прозвучала такая категоричная нотка, что Гарри понял, что пора уходить. Он поднялся на ноги, вслед за ним встал и Дамблдор.

— Гарри, — попросил он, провожая его до двери, — пожалуйста, не говори никому о родителях Невилла. Это его право — рассказать об этом тогда, когда он найдёт это нужным и тому, кому он захочет.

— Конечно, профессор, — пообещал Гарри.

— И ещё…

Гарри обернулся. Дамблдор стоял, наклонившись над Думоотводом, его лицо, освещённое серебристым сиянием, выглядело особенно постаревшим. Он взглянул на Гарри и сказал: — Удачи на Третьем задании.

31. Третье задание

— Так Дамблдор тоже считает, что Сам-Знаешь-Кто снова набирается сил? — прошептал Рон.

Всё, что Гарри увидел в Думоотводе, и почти всё из того, что рассказал и показал ему после Дамблдор, знали теперь и Рон с Гермионой, и, разумеется, Сириус, которому Гарри послал сову, как только покинул кабинет Дамблдора. В тот вечер Гарри, Рон и Гермиона опять засиделись допоздна в гостиной Гриффиндора, обсуждая всё это вновь и вновь, пока у Гарри голова не пошла кругом. Теперь ему стало ясно, что имел в виду Дамблдор, когда говорил, что его голова иногда настолько переполняется мыслями, что бывает просто необходимо высосать из неё их избыток.

Рон глядел в огонь камина. Гарри показалось, что Рон вздрогнул, хотя в комнате было довольно тепло.

— И он доверяет Снейпу? — спросил Рон. — Он на самом деле доверяет Снейпу, хоть и знает, что Снейп когда-то был Пожирателем смерти?

— Да, — ответил Гарри.

Гермиона молчала добрых десять минут. Она сидела, подперев голову руками, уставившись в колени. Гарри подумал, что ей бы сейчас тоже не помешал Думоотвод.

— Рита Скитер, — наконец пробормотала она.

— Ты что, и СЕЙЧАС о ней думаешь?! — удивился Рон.

— Я не думаю о ней, — пробубнила себе в колени Гермиона, — я просто размышляю… Ты помнишь, что она сказала в «Трёх Мётлах»? — Я знаю такое о Людо Бэгмэне, от чего у тебя волосы встанут дыбом! — Похоже, именно это она имела в виду… Она была репортером на его процессе и знала, что он передавал информацию Пожирателям смерти.

И Винки тоже, помните?… — Людо Бэгмэн — он нехороший волшебник. — Мистер Крауч наверно был в ярости, что Бэгмэну всё сошло с рук, и говорил об этом дома.

— Да, но ведь Бэгмэн был не виноват, правда?

Гермиона пожала плечами.