А заодно — не забываем про старое мужики: и про банк, и про остальное. Так что усвойте — ночь прошла не зря, мы сделали многое. И спасли кого нужно, и бизнес злодеям испортили. А дальше будет ещё больше. И скоро они вообще начнут бояться в туалет ходить без орудия.

— Реально бояться будут, — проговорил Ярик.

— И всё это уже от нас зависит, мужики.

Ну, подбодрить их получилось, все заговорили, вернулся аппетит, кто-то засмеялся и начал рассказывать анекдот. А я отправился поспать, хотя знал, что уснуть не смогу — в голове уже крутились новые планы.

Глава 9

Приёмные часы в больнице были с четырёх дня до шести вечера, но если приходил утром, то никто из персонала не был против.

Я пришёл проведать раненого Валеру в обед, принёс ему купленных по дороге чебуреков и собирался рассказать, что случилось ночью. Он должен быть в курсе всего, что с нами происходит. А заодно нужно определиться с дальнейшими действиями, ведь и ему предстоит кое-что сделать.

Глеб Сибиряков тоже обещал заехать, мне он сегодня нужен, молодой опер много чего мог рассказать из того, что по новостям крутить не будут.

Встретились с ним в коридоре. Оружия у него при себе не было, а в ближайшие дни его самого направят в госпиталь на психологическую реабилитацию после того дела на стадионе — таковы правила сейчас для тех ментов, кто стрелял из табельного и кого-то убил. Но госпиталь находится в Бекетовске, так что далеко не уедет.

— Новостей вал, — Сибиряк протянул мне руку поздороваться. — Сейчас кабздец, пишите письма, весь главк на ушах. Москва поминутно звонит.

— Поэтому мы пока никуда не лезем, — я кивнул и показал на палату.

Валера Тихвинов после того ранения на стадионе так и лежал один в палате, но, надеюсь, скоро его выпишут. Группа у нас небольшая, даже один выпавший из обоймы боец влияет на боеспособность.

Едва нас увидев, он сделал немного странную вещь: схватил лежащую на тумбочке книгу и раскрыл, будто читал. Но присмотрелся к нам внимательнее и отложил её.

— Кости Левитана нет? — шёпотом спросил Валера.

Раненая левая рука с перебинтованным плечом висела на перевязи, он лежал так, чтобы её не беспокоить.

— Нет, он занят сегодня, — сказал Сибиряк. — А что случилось?

— Да он мне книжки приносит, — он переложил закладку ближе к концу книги. — А я, если честно, читать вообще не люблю.

— Так скажи ему, — Глеб положил пакет с передачкой в тумбочку. — Он-то чтец запойный.

— Да расстраивать его не хочется. А то он всё носит, советует что-то, зря, что ли?

— Ну ты Штирлиц, шифруешься, — я глянул в окно. — Кто-нибудь был, кроме нас?

— Должен следователь зайти, — Валера зевнул.

— В курсе, поэтому мы и пришли.