С ними и мама кажется мне другой. Более живой.

Тетя Катя все-таки наливает мне вина, несмотря на мамины протесты.

Я слушаю их разговор, вникая только наполовину. Пока тетя Марина не говорит:

– Ян, а ты чего такая смурная?

– Все нормально, – чтобы защититься, поднимаю бокал к губам.

Они переглядываются с таким видом, будто уже все про меня поняли. Ненавижу проницательных взрослых.

Тетя Катя двигает стул поближе ко мне и подпирает подбородок рукой:

– Ну, рассказывай, кто он?

Я краснею и отпиваю еще вина.

– Девчат, не приставайте, – говорит мама.

Но я вижу, что ей и самой хочется начать допрашивать меня с пристрастием.

Вино немного кружит голову. За окном деревья шелестят молодой весенней листвой. Атмосфера доверительная, и я не могу сдержаться.

– Ну, – аккуратно начинаю я, – есть один парень. Но он ведет себя странно. Я его не понимаю.

Они внимательно слушают, но я беспомощно замолкаю, потому что не знаю, что сказать дальше.

– Это Глеб? – не выдерживает мама.

– Мам!

– Ну что, «мам»? Так и знала, что это Глеб! Он кажется очень милым мальчиком.

– Ага, – ядовито отзываюсь я, – милее некуда."

"– Так, подождите, – перебивает тетя Катя, – во-первых, у меня кончилось вино! Ситуация SOS, так сказать. А во-вторых, расскажи-ка мне про его семью.

Тетя Марина достает из холодильника бутылку и закатывает глаза:

– Ну началось. Штопор!

– Скальпель, – хихикает мама.

– Итак, что там с семьей у этого Глеба?

– Ну, – прочищаю горло и говорю неуверенно, – он живет с папой и сестрой.

– А мама?

Я хмурюсь:

– Она от них ушла.

Тетя Катя присвистывает и обводит нас торжествующим взглядом.

– Ну все, психологиня напала на след, – смеется тетя Оля, но сама усаживается поудобнее.

– Сестра младшая, старшая?

– Младшая.

– А папа как, много работает?

– Да, почти не бывает дома, и по выходным тоже в офисе. У него сеть магазинов одежды.

– Ну, все понятно, – торжествующе говорит тетя Катя.

Закусив губу, смотрю на нее с сомнением. Она действительно практикующий психолог, но разве это так делается?

– Давай уже, что там тебе понятно? – торопит подругу мама.

– Рассказать?

– Не делай вид, что тебя надо уговаривать!

Тогда тетя Катя даже как-то меняется в лице, став строже, и говорит:

– В целом, это скорее всего заставило его рано повзрослеть. Больше брать на себя ответственности за все, я бы сказала суперконтроля. Функционально он мог стать родителем своей сестре и уставшему работающему папе. Может быть такое, что женщины воспринимаются им как что-то ненадежное. А без женского участия в воспитании могут быть проблемы с эмоциями. Скорее всего, будет по жизни преследовать ощущение, что ни на кого положиться нельзя, чувство незащищенности, недоверия к людям, сложности в самораскрытии.