Давно ее не видел. Видимо, мать убрала в шкаф, а теперь снова выставила, как будто знала, что мне понадобится.

Мать, мать. Мама. Мне надо привыкать так ее называть даже в мыслях. Может когда-нибудь перестану чувствовать себя гребаным предателем.

На мгновение закрываю глаза. Веки тяжелые, но спать не хочется.

Странно было бы, если бы хотелось. С учетом, как я закидывался всю эту неделю стимуляторами и под завязку заливался кофе.

Провожу ладонью по подбородку. Щетина колется, как наждак. Надо бы побриться, но руки не стоят. Лиза все равно к себе не подпустит, а просто так не хочется.

Хочется просто замереть в этой тишине, позволить телу забыть, каково это — быть все время на стреме.

Хотя если бы она только позволила… Я за секунду все нахуй сбрил и стал бы как младенец. Даже ноги бы сука побрил, вдруг ей щекотно. И на груди бы депиляцию сделал…

Последние дни ощущались как в ебаном тумане. То ли неделя прошла, то ли один бесконечный день.

До сих пор не верится, что мы расписались. Что Лиза теперь моя жена, принадлежит мне и больше ни одна падла ее у меня не отнимет.

Я не собирался ее запугивать, не хотел, чтобы так все получилось. И ублюдок Золотарев еще умоется кровавыми соплями за то, что посмел ей угрожать. Но приходится признать, что все сложилось так, что мне не пришлось ее долго уговаривать.

Теперь она здесь. В комнате наверху. В моей сука спальне.

Неудержимо тянет выпить. Я не пил с тех пор, как чуть не сдох от блядских «магнитных бурь». Кстати, до сих пор оттуда нет никаких вестей.

А пора бы."

"Встаю, иду к бару. Он полный, я об этом позаботился. Он и до этого не пустовал, но ассортимент захотелось сменить под себя.

Наливаю виски, сажусь обратно в кресло. Первый глоток — обжигающий, второй идет мягче.

Тело медленно расслабляется, дыхание выравнивается.

За плотными шторами угадывается силуэт гор. И тихо. Настолько тихо, что слышу, как тикают часы где-то в гостиной на полке.

Этот дом чужой. Комнаты чужие, чужие запахи. Я долго к нему привыкал, но так и не привык.

Разве что кресло подо мной скрипит знакомо, я в нем дольше всего просидел. Мать очень старалась сделать все, чтобы мне было комфортно…

Медленно вдыхаю и выдыхаю. Нужно начинать разгребать. Для начала получить гарантии безопасности. Здесь, в Австрии, мы относительно защищены, но это временно.

С документами проще. Они все официальные. И Лиза, и Крис защищены юридически.

И последнее — я должен сказать правду Лизе. Когда? Не знаю. Но с этой хуйней пора заканчивать, если я хочу, чтобы у нас была нормальная семья.

А я хочу. Без нее уже заебался. И дело не только в сексе. Она должна перестать мучиться угрызениями совести по отношению к уебку, который позволил так бездарно и безответственно взорвать себя в машине.

Этого не будет.

Поднимаюсь, прохожу к окну.