Зрение само уловило даты рождения и смерти женщины, изображенной на камне и я поняла, что никакой болезни у жены Павлова не было, потому что человека уже не было в живых…

— Что все это значит? — тихим голосом спросила я и повернула голову в сторону мужчины, который по-прежнему разглядывал меня и не сводил своих черных глаз, казавшимися в эту минуту двумя бездонными темными колодцами.

— Сергей, свободен, — он кивнул мужчине и тот отпустил меня. Я была так напряжена, что не сразу заметила, что он вел меня все это время под руку.

Глава 20

Нина

— Вы очень похожи… — голос мужчины вдруг стал глубоким и низким, а его звук отозвался мурашками на моей коже.

Взглянув на памятник, на котором была изображена жена Павлова еще раз, я задумалась о словах мужчины. Отличия между нами естественно были, но после сегодняшнего визита к стилистам совсем незначительные. Малознакомые люди их, скорее всего, и не заметят… Зато теперь я понимала почему сбежала Марина. Изменение внешнего облика — не самое страшное, что лежало в основе всей этой мутной истории… Я бы никогда не согласилась на эту авантюру, не стала бы изображать умершего человека, не прижми меня Павлов к стенке.

Я находилась сейчас в своеобразной ловушке, а Марина выбрала верную тактику: сбежала и оставила меня разгребать эту кучу проблем. Да и сам Павлов оказался куда более сложным человеком, чем я думала. Не даром говорят, что чужая душа — потемки. В данном случае — непроглядная тьма.

— Юля умерла в конце мая, — сказал он уже нормальным тоном. — Она имела серьезные проблемы со здоровьем… — я перевела взгляд на Павлова, он стоял с тем же непроницаемым лицом без единой эмоции.

 — Жена мне необходима до декабря. Из личных соображений и по ряду причин от меня не зависящих. У меня на руках остался ребенок, сын близкого друга семьи, который тоже недавно умер. Проблемы приумножает один из пунктов в договоре на это самое опекунство, он обязывает нас с супругой провести в браке не менее пятнадцати лет. Если бы не эти рамки и условия я бы не искал подобных путей решения этого вопроса, а оставил все как есть.

— И сколько осталось до этой годовщины? Те самые полгода, про которые говорится в договоре? — догадалась я.

— Именно, — отозвался он.

Павлов внимательно рассматривал меня, я поежилась от его пристального взгляда. Отдавал ли мужчина в эту минуту себе отчет, что его настоящая жена лежала в земле, а я была всего лишь ее жалкой копией? Удивительно, какой силой воли обладал этот человек или наоборот вовсе не имел души… В этом мне еще предстояло разобраться.

— О подробностях и нюансах, думаю, говорить пока лишнее. Я бы мог не посвящать тебя в эти подробности своей личной жизни, но тебе предстоит сыграть важную роль.