Сын у меня был тем еще донжуаном. Он просто балдел от такого внимания, агукая и заливисто смеясь.

— Просто потрясающе! — осыпала меня комплементами мой мастер Ирина, приходясь пальчиками, по моим вымытым после покраски и уложенным волосам. — Но вот только эти круги под глазами все портят, поцокала она языком. — Не хотите воспользоваться услугами нашего визажиста? Дневной макияж займет всего двадцать минут.

Уже открыв было рот для отказа, я неожиданно для самой себя согласилась. Понимаю, что глупо, но вспомнив обидные слова Багира, мне вдруг ужасно хочется утереть ему нос. Показать, что я вовсе не серая моль, коей он меня считает. Разве такому как он понять, каково это иметь меленького ребенка, который двадцать четыре часа в сутки требует внимания, да еще и пахать за троих? Такие как он, рожденные с золотой ложкой во рту, подобных вещей точно не поймут.

После салона, захожу в несколько бутиков, но поняв, что не смогу ничего выбрать с Левой на руках, я решаю позвонить водителю и совершить нашествие в детский магазин. Тут я не скуплюсь, скупая все на чем останавливается глаз. В большинстве своем это одежда, и игрушки. Также выбираю кровать, и коляску, с которой и планирую продолжить свой сказочный шопинг, о котором могла лишь мечтать до сегодняшнего дня.

Отправляю водителя с набранными покупками, а сама иду покорять магазины женской одежды. Раз Багир хочет видеть рядом с собой яркую бабочку, он ее получит. Как говориться любой каприз за ваши деньги.

— Блин, ты даже прописал то, что лишишь ребенка своего имени, по истечению срока договора! Как ты вообще объяснишь все это деду? Или рассчитываешь к тому времени обзавестись настоящим ребенком?

— Нет, и ты это знаешь. Читай подпункты. — закатил я глаза, продолжая подписывать принесенные секретарем отчеты.

— Нехило. По ляму каждый год, на протяжении всей жизни дедушки, за встречи с поддельным внуком, — присвистнул друг.

— Не свести денег не будет, — усмехнулся я.

— У тебя-то? Мне иногда кажется, что они сами плывут тебе в руки. Все до, чего ты дотрагиваешься превращается в золото.

— С этим поспорить не могу.

— И все же тебе не кажется это сумасшествием? — заканчивая читать договор, и кладя его передо мной, спросил он.

— Нет. Дед отстанет, и будет счастлив, вот что главное, а остальное решаемо. Через пять лет заявлю, что чувства прошли, и мы разводимся. Видеться с правнуком он сможет в любое время, об этом я позабочусь.

— А что, если он все завещает ему? Об этом ты подумал?"

"— Я предвидел такой поворот событий, так что попросил юриста подготовить отдельный договор на случай возникновения подобной ситуации. В любом случае опекуном и доверенным лицом как «отец» буду являться я.

— Черт, ты действительно монстр.