И не спорь! — видя, что я уже открываю рот для возражений, пророкотал он. — Тут еще такое дело… — вдруг замялся он, заерзав на диване, на котором мы сидели. — Я хотел извиниться Багир.

— Извиниться? — удивился я, никогда не слышавший подобных слов от деда. Да и за что ему извиняться.

— Я ведь не поверил про внука. Даже не смотря на его сходство, червячок сомнений грыз меня, и я попросил Маржу передать ваши материалы на экспертизу…

Вот тут-то я и замер, осознав, что дед, зная о моем обмане, принял Леву. Неужели ему настолько полюбился малыш что стало…"

"— Ты не представляешь какую вину и какое облегчение я испытал, получив положительный результат. Осознание того, что ты действительно отец этого малыша…

Дальше я не слышал. Сказанное им повергло меня в такой шок, что я просто потерял способность соображать. Как такое вообще возможно!? Лева мой сын? Но как? Я ведь ни разу с Надей… Или мои глупые подозрения оказались верны? Бред! Надя не может быть той незнакомкой, с которой невольно ассоциировалась у меня! Будь это она, Надюша бы сказала!

— Мне действительно стыдно, внук. Не серчай на старика. — продолжал меж тем дед. — Сначала вынудил скрывать семью, из-за своего ослиного упрямства и предрассудков, настаивая на нашей девушке, потом еще и не поверил…

Не знаю, как я сумел взять себя в руки, и не выдать своего состояния. Все происходящее проходило словно сквозь меня. Прощание с родней, укладывания Шарпейки на послеобеденный сон. Даже осознание того, что Лева мой… по-настоящему мой! С моими генами, моей кровью, текущей по его венам… Все это было словно не со мной. Это просто не доходило до моего сознания.

— Багир? Что с тобой? — нашла меня Надя сидящим на диване в гостиной. Должно быть у меня был действительно потерянный вид, ведь выглядела она обеспокоенной.

Неужели все это было ее коварным планом? Сколько женщин до нее пыталось повесить на меня чужой плод… Эта же пришла не с чужим как я считал. Пробралась в мой дом, в сердце, в душу, чтобы отравить меня своим обманом.

— Лева мой сын? — спросил я, не зная на что надеясь. Я все еще глупо и наивно хотел верить в то, что все что было между мной и Надей было по-настоящему. Что она не интриганка, подстроившая всю эту ситуацию чтобы пробраться в мой дом.

Жаль, что надежда рушилась с каждым последующим словом Нади, и ее виноватым видом.

Надя

Господи, как он узнал!? Я ведь собиралась ему рассказать! Даже обед приготовила, и пришла за ним, чтобы признаться, накормив перед этим вкусной едой!

— Багир послушай…

— Значит правда, — убито прошептал он, все также сидя на диване.