Фехтмейстер

Высокая чугунная ограда с острыми пиками, тянувшаяся вокруг заснеженного сада, знатоку стилей во весь голос заявляла о приверженности вкусам, бытовавшим в эпоху Великого Петра. Впрочем, сам дом скорее напоминал рыцарский замок, такой, как его нарисовал бы любитель романов Вальтера Скотта. Круглая в сечении высокая башня с крышей-колпаком и длинным шпилем некогда царила над всей округой. Да и теперь она возвышалась над стоящими рядом трех- и четырехэтажными зданиями, однако сейчас это было не столь заметно. Роскошный мотор, разорвав ночную тьму желтыми фарами, свернул в переулок и остановился у самых ворот. Расторопный шофер поспешил открыть дверцу перед хозяином экипажа. Если бы рядом оказался запоздалый прохожий, при свете фонарей, горящих над входом и по бокам сеней, он бы смог рассмотреть высокую фигуру в долгополой шинели с красными отворотами. И, возможно, удивился бы, отчего вдруг его превосходительство должен идти к дому пешком, а не въезжать, как подобает, через ворота. Но самого генерала это, похоже, нисколько не смущало. Довольно поспешно он подошел к сторожке у ворот и стукнул висящим тут же бронзовым молоточком по начищенному до блеска прямоугольнику.

— Вы опаздываете! — недовольно заметил привратник, открывая калитку.

— Прошу извинить меня. Дела во дворце, — почтительно склонил голову генерал.

— Проходите. Великий Магистр надеется, что у вас нынче действительно была уважительная причина для опоздания.

— Да-да, конечно, весьма уважительная, — проходя в сад, закивал головой поздний гость. Но привратнику, казалось, до его объяснений уже не было никакого дела.

У самого входа в дом обладателя шинели с красными отворотами ждала новая преграда. Едва успел он подняться по лестнице, как рядом с ним точно сгустились из темноты два субъекта весьма сурового вида.

— Кто ты и зачем пожаловал?

— Я — брат Вергилий, — почти шепотом объявил генерал. — Мой символ — золотая ветвь.

— Знаешь ли ты слово, отворяющее Врата Храма?"

"— «Преданность», — произнес вновь пришедший.

— «Истина», — ответили столь же негромко стражи Ворот и опять растворились во тьме.

В тот же миг двери открылись без скрипа.

— Поднимайтесь в библиотеку, ваше превосходительство, — принимая шинель, объявил тот, кого в обычном случае можно было бы именовать лакеем.

— …Итак, господа, призываю вас помнить, что от нашей деятельности сейчас зависит будущее не только России, но и Европы, а возможно, что и всего мира.

ГЛАВА 3

Никогда не говори правду прежде, чем узнаешь, чего от тебя ждут.

Талейран

Низкое, хмурое даже в темноте небо висело над городом, то сбрасывая на проспекты и улицы снежные бураны, то посвечивая себе в разрывах туч унылым огарком желтой луны.