Понимает, что ее в этом случае ждет. А так какая-никакая, а отсрочка. Тут и вглубь проклятых земель с радостью отправишься.

Весь день мы отдыхаем. Выдохлись и мы с Элениэль, и Мелисса, которая и вовсе сама еще и идти-то толком не может. Конечно, ее вполне может нести на себе Алаисса, сил у дочери Алиры в избытке, но зачем это нужно? Мы, разумеется, спешим, но один день все равно ничего не изменит. Да и вероятность встретить еще врагов есть, так что продолжим путь, когда все полностью восстановимся.

Решение провести еще сутки, не углубляясь в проклятые земли, приводит к неожиданным последствиям. Вечером в наш лагерь прибывает гонец — да не откуда-нибудь, а из Юмиле. От Изабеллы. Увидев ее письмо, я, признаюсь, испугался, что в Солбери раньше времени вторглась армия нежити, но когда развернул свиток, то убедился, что ничего такого страшного не произошло.

«Ричард, — говорилось в нем. — сегодня я работала в твоих рабочих покоях и там обсуждала с Родриком твой поход в проклятые земли. Когда он ушел, Огюст начал просто бесноваться в своем кристалле, пытаясь привлечь мое внимание. Потом он, как мы с ним уже делали раньше, постарался мне при помощи знаков и отдельных, написанных на грани кристалла слов объяснить, что должен сообщить тебе нечто очень важное и что ты допустил большую ошибку, отправившись во владения древнего мага, не поговорив еще раз с ним и не взяв его с собой. В общем, я не очень поняла, что именно он пытался мне сообщить. Поэтому отправляю его к тебе». Завершалось это довольно короткое послание разными «Жду, надеюсь, люблю» и так далее.

— Вот, ваше императорское величество, — увидев, что я закончил чтение письма, сказал гонец, протягивая мне кожаную сумку. — Ваша супруга запретила мне открывать сумку и приказала везти ее крайне осторожно. Посмотрите, пожалуйста, все ли в порядке, чтобы я мог доложить ее императорскому величеству, что ее поручение исполнил в точности.

Отойдя в сторону, я вытащил из сумки кристалл, в котором радостно лыбился мой предок.

— Я не все тебе Ричард тогда рассказал о древнем маге и о том необычайном артефакте, над созданием которого он и все остальные трудились много десятилетий. И из-за которого сначала устроили бойню, а потом при попытке активировать недоделанным спровоцировали такой выброс магической энергии, что погибли и выжившие в той войне, кроме одного, а их владения превратились в проклятые земли, — начал он свою исповедь.

— Ну? — посмотрел я на Огюста. — Что же ты скрыл от меня. Или вернее, в чем ты в очередной раз меня обманул? Настолько важном, что убедил Изабеллу отправить тебя ко мне?

— Это не совсем артефакт вечной жизни, — замялся Огюст.