Изловчившись, он потянул на себя хромированную ручку двери и ушел внутрь.

— Дрянь-человек, — грустно констатировал завскладом, — но готовит! От Бога… Так что ты давай, после обеда.

— Я, может, прямо сейчас успею, — кивнул Виноградов, обернувшись. — Как получится.

Он на секунду задержался у обитой рейками двери, значительную часть которой занимала упрятанная под стекло вывеска: «Производственно-торговое объединение „НЕФТЕГАЗОЙЛ-ПЕТЕРБУРГ“».

Главный офис с типичной заокеанской конторой: никаких тесных клетушек-кабинетов, все сидят вместе в одном огромном помещении на виду друг у друга, где генеральный — просто равный среди равных… Но на этом сходство и заканчивалось, переходя в свою прямую противоположность.

Во-первых, помещение не было таким уж большим — просто комната метров двадцати, в которую впихнули полдюжины столов, компьютеры, вешалку для пальто и массивный стеллаж с канистрами и разноцветными колбочками причудливых форм и всевозможных размеров. Во-вторых, на семь нормальных рабочих мест постоянно приходилось не менее десятка претендентов: то из-за протечки приходилось давать приют бухгалтерам, то вдруг пожарник выселит из мастерской водителей-экспедиторов… А если добавить еще человек пять посетителей разной степени скандальности? А если сказать, что из всех телефонов половина «запараллелена», а вторая — работает в режиме факса?

Виноградов с трудом протиснулся в дальний угол, бесцеремонно убрал со стула какой-то промасленный агрегат и уселся напротив плотного мужчины в накинутой поверх свитера кожаной куртке:

— День добрый!

— А, Володя! — Иван Иванович Орлов, человек, которого судьба закинула в сорок лет на хлопотную должность директора крупнейшей в регионе топливно-энергетической корпорации, оторвал от подписанных накладных осоловевший взгляд и кивнул:

— Здравствуй… Поднимайся наверх, я приду сейчас.

— А там кто?

— Все. Все уже собрались… И я сейчас.

— Не-а! — капитан отрицательно покачал головой: стол Орлова обступали хмурые люди с какими-то срочными бумагами, на дальних подступах к директорскому окопу что-то орал недовольный мужик в спецовке, а нежный девичий голос из-за шкафа сообщал, что на проводе Грозный по поводу тех самых цистерн с бензином, которые… — Ни-ка-ких! Пошли вместе.

Минут через десять ему удалось чуть ли не на себе вытащить Орлова в коридор.

— Так вашу мать! — В полутьме они нос к носу столкнулись с Денисом Зайченко — худым и длинным блондином в кашемировом пиджаке. Узел его шикарного галстука съехал набок, а вокруг распространялся запах сегодняшнего одеколона и вчерашнего коньяка. — Ты где болтаешься, Виноградов?

— Да так… В Москву тут ездили… — как можно равнодушнее ответил Владимир Александрович.