У меня уже гораздо лучше получается превращаться. – Шари с хлюпаньем втянула сок маракуйи, разбавленный газировкой. Она лишь недавно открыла для себя фруктовые соки и теперь пробовала всё, что есть в столовой.

– Мы наверняка ещё поговорим на человековедении, кому разрешат поехать, – сказал я. – Вообще-то я даже мог бы выступить в роли экскурсовода: ведь я сам из Майами.

– Было бы круто! Может, тебе позволят нам показать, где ты живёшь, – просияла Шари.

Я лишь слабо улыбнулся в ответ – моё сердце будто покрылось толстым слоем свинца. Насколько нам было известно, это мать Эллы Лидия Леннокс виновата, что теперь, кроме этой школы, у меня больше не было «дома». Нас с дядей Джонни выселили из квартиры, и он будет жить у старой подруги, пока не подыщет нам новое жильё. Я понятия не имел, будут ли мне там рады.

О нашей беде никто из дельфинов не знал, они не замечали, как тяжело у меня на душе, и, смеясь и болтая, ушли.

– До встречи, Тьяго, – сказала Шари.

Я помахал ей и стал ждать Джаспера. А вот и он – невысокий полный мальчик в очках. Ещё, видимо, до конца не проснувшись, он по колено в воде брёл по столовой к буфету.

– Давай пошевеливайся! – крикнул я ему, потому что наш повар и завхоз Джошуа уже убирал остатки, в чём по скорости ему не было равных: редко он тратил на это больше тридцати секунд.

Джаспер быстрее зашлёпал по воде – даже волна поднялась. Но я видел, что он не успеет.

– Буфет закрыт, – возвестил повар за три секунды до прихода последнего посетителя.

– Но вы ведь ещё не убрали, – робко возразил Джаспер и, ухитрившись проскользнуть мимо Джошуа, положил себе на тарелку порцию омлета с беконом.

– Я как раз этим занимаюсь, – проворчал повар. Превратив руки в осьминожьи щупальца, он сгрёб блюда с сырной и колбасной нарезкой, йогурты и корзины с хлебом. С мужеством отчаяния Джаспер бросился к блюду с бейглами[1] с лососем, прежде чем щупальце успело утянуть блюдо у него из-под носа. Ура, получилось!

Забираясь в красно-белую лодку, переоборудованную под стол, Джаспер торжествующе показал мне добытый бейгл и откусил кусок, а другой рукой поставил тарелку.

– Почему ты меня не разбудил? В следующий раз не бойся меня растолкать, чтобы я не опоздал.

– Хорошо, – пообещал я.

Кто-то прислонился к борту нашей лодки, и мы оба вздрогнули.

– Привет, ребята! – сказала Шари. – Тьяго, у тебя был такой странный вид, когда мы ушли. Всё нормально?

У меня на душе потеплело. Она вернулась. Ради меня."

"– Да. Нет. Не совсем.

Я рассказал ей и Джасперу про вчерашнюю встречу с Эллой, и они оба скривились. У нас не было времени поговорить об этом подольше, потому что через пять минут начинался урок.

По понедельникам первым уроком у нас была математика у мистера Гарсии, одного из самых строгих учителей в школе.