Передвигались разведывательно-диверсионные группы скрытно, иногда на БРДМ. Порой объединялись — если того требовала оперативная обстановка на том или ином участке — и долбили боевиков сообща.

Отходняк, о котором с тяжелым сердцем подумал Мельников, явился неожиданно быстро, словно его позвали: со стуком, когда последний камень упал на могилу бандита. Что ни говори, дышать стало легче. И ночной горный воздух, к которому привыкли бойцы, стал вроде бы свежее.

30

В два часа дня Ротвейлер и Миротворец растянулись на сухих нарах; доски разобранного пола клали крашеной стороной вниз.

Все необходимые инструменты нашлись среди брошенной рухляди; поржавевшая, но вполне пригодная ножовка, клещи, молоток; вынутые из досок гвозди распрямляли на куске рельса. Хоть и скрытая, но жизнь в этом убогом уголке налаживалась.

Нашлась даже стальная буржуйка. Очистив ее от ржавчины и поправив покосившуюся дверцу, ее установили в углу — точно под вентиляционным отверстием — и асбестовой трубой соединили его с печкой.

Дров — немерено. Забор хоть и повалившийся, но для топки вполне пригодный.

«Повезет тем, — вздохнул уставший Ротвейлер, — кто однажды с наступлением темноты затопит здесь печку». Будут весело трещать дрова, а огонь — пробиваться через щели в дверце и освещать довольные лица разведчиков.

Завтракать не пришлось, и Миротворец с Ротвейлером наверстывали упущенное за обедом. Хлеб, сало, тушенка, галеты, горячий чай — что еще нужно бойцу после тяжелого дня? Дня, который принес удовлетворение и оставил блаженный отпечаток на лицах спецназовцев.

Миротворец вспомнил, как строил с двумя товарищами землянку: рыли котлован, укладывали упорные бревна и лежни, устанавливали стойки, закрепляли прогон и по нему и лежням укладывали стропила и жерди, устраивали вентиляционный канал, на жердевое покрытие наваливали ветки, солому, глину и слой грунта.

Порой ловил себя на мысли, что на дворе не начало нового века, а далекие фронтовые годы."

"Но это в начале службы, а когда Мельников в составе подразделения спецназа совершил свой первый ночной рейд и открыл счет убитых им «духов», как-то позабылись первые месяцы службы, а с ними и сержанты — настоящие инструкторы, как Ротвейлер, Упырь, Рудгер, Граф Дракула.

Они никогда не «быковали», не издевались, а учили солдат тяжелому ремеслу.

Сыто рыгнув, Ротвейлер поделился с Миротворцем радостью:

— Хорошо, что нас не послали обустраивать базу номер четыре.

— А где она, напомни.

— На кладбище. Вход через гробницу, вентиляция через полость креста.

В четыре часа разведчики тронулись в обратный путь. Теперь уже налегке — запасная рация осталась на базе.