Она решила, что нашла инструмент давления на меня и может позволить себе расслабиться. — Твой отец и мой имеют общие интересы во многих сферах, так что это так или иначе касается семьи.

— Я не делаю ничего предосудительного. Не стоит сравнивать меня со своим братом.

— Что ты так прицепился к Денису? Лично тебе он ничего плохого не сделал.

— Он слишком часто ведет себя недостойно. Это главная моя к нему претензия.

— Ну не всем же быть таким рыцарям как ты, Леон. — Она снисходительно кривится. — Но давай не будем уходить от темы. Я не планирую мириться с тем, что ты нянчишься с этой девкой…

— Девушкой, — холодно поправляю я. — Я не требую мириться. Я прошу тебя понять и поверить, что в моей поддержке нет ничего предосудительного.

Поблагодарив официанта царственным кивком головы, Эльвира смотрит на меня.

— А если я отказываюсь понимать?

— Думаю, мы сможем как-нибудь это решить.

— А если я прямо сейчас поставлю тебе ультиматум и потребую выбрать: отношения со мной или так называемая поддержка ее? Что ты на это скажешь?

— Скажу, что с твой стороны это непростительная ошибка. И я выберу второе, и дело не Лие, а в том, что я не терплю манипуляции.

Несколько секунд мы ведем невидимую битву взглядами, после чего Эльвира со вздохом берется за вилку.

— С тобой очень сложно, Леон. Так что там по поводу празднования начала учебного года?

— Оно состоится пятого октября в доме родителей Петра. Ты хочешь пойти?

— Хочу. Я терпеть не могу все эти студенческие попойки, но раз уж у нас с тобой отношения… Кстати, кого ты еще пригласил?

Я мысленно вздыхаю. Нет варианта ей не сказать.

Лия

Остановив машину метров за сто от ворот дома, Леон наблюдает, как я извлекаю из сумки свитер и торопливо натягиваю поверх шелковой рубашки.

— Ты уверена, что это необходимо? — со скепсисом в голосе уточняет он.

— Пока да, — бормочу я, запихивая сумку в свой старый рюкзак.

— Мне не по душе быть твоим соучастником. Не проще все доходчиво объяснить твоей матери?

— Прости. — Виновато сгримасничав, я толкаю пассажирскую дверь. — Даже если я честно расскажу ей об университетских законах, травле и угрозе отчислении, мама никогда не поверит. Она твердо убеждена, что если происходит что-то плохое — значит это моя вина.

— Не слишком ли много ответственности она на тебя возлагает?

Я пожимаю плечами.

— Думаю, мама считает, что недостаточно хороша, чтобы занимать достойное место в этом мире. А я, как ее дочь, тоже.

Некоторое время Леон молчит, барабаня пальцами по рулю.

— Жить во лжи тоже не вариант."

"Я хмурюсь. Да, врать, пусть и по мелочи, — мерзкое ощущение. Но пока я не вижу другого способа спокойно существовать.

— Маме и без того хватает тревог. Не хочу её расстраивать ещё сильнее.