Либо человек, которому принадлежал силуэт, зачесывал волосы назад, либо был лыс, как живот пупсика. В общем, как ни крути, в Тутуева что-то вселилось. Что-то агрессивное и шепелявое.

«Ну что, Игорек, время звонить экзорцисту? Думаю, это потерпит. А для начала…»

Савельев достал мобильник и набрал номер Пришвина.

– Костян, – после небольшой паузы произнес Игорь, – мне нужно еще видео с тем же героем.

– Твой герой тю-тю… Черт!

– Что ты там несешь? – раздраженно спросил Савельев.

– Сбежал твой несчастный герой.

– Как?! – Игорь предполагал, что существо в парне непременно попытается выбраться.

Иначе зачем все это? – Костя, камеры сняли побег?

– Еще не знаю. Только иду смотреть.

– Пообещай позвонить, если увидишь что-нибудь интересное.

– Хорошо. Только ты тогда пообещай сходить к врачу.

– Для тебя что хочешь. Только не забудь – позвони сразу же, как посмотришь запись. – Игорь нажал «отбой».

Савельев не находил себе места. Как хотелось посмотреть самому! Даже если там ничего нет и все эти силуэты – плод его больного воображения, он хотя бы успокоит разбушевавшуюся фантазию.

* * *"

"Паровоза все время рвало.

Он отхаркивался и сплевывал. Нутро жгло, но уже меньше. Володя дошел до квартиры Васьки. Сплюнул и вдавил кнопку звонка. Противная трель разрезала тишину. Володя отпустил кнопку, а потом снова нажал. Дверь открылась, но не та, через которую Тутуев уже просто мечтал попасть в квартиру к другу. Володя обернулся. На него смотрела взлохмаченная старушка в выцветшем халате.

– Помер он, – произнесла женщина, так и не открыв рта. По крайней мере, Володя не заметил, когда она его открывала. Слова просто вылетели. И, долетев до Тутуева, ворвались в выжженный изнутри мозг.

– Бабуля, мне не до шуток…

– Да пошел ты, наркоман херов, – снова закрытым ртом произнесла старушка и скрылась за железной дверью.

Володя, схватившись за перила, чтобы не упасть, пошел вниз. Куда идти? На собственной квартире менты примут. Может, к Стасу? Точно, и живет он рядом. Тутуев едва сдержался, чтобы не побежать.

У подъезда остановился и посмотрел на окна квартиры Любимовых. Свет горел во всех окнах. Черт! Если предки Стаса дома, то надо будет искать другое убежище.

Он поднялся на третий этаж и замер на лестничной площадке перед открытой дверью квартиры друга. Володя медленно переступил порог. Постучал костяшками пальцев по металлической двери и сделал еще один шаг в коридор. Навстречу ему вышла мать Стаса. Всегда красивая и ухоженная, женщина была темнее ночи. Под глазами круги, губы бледные, на голове черный платок. Тут не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять – здесь кто-то умер.

– Здравствуйте, – сказал Тутуев, едва не скривившись от боли.

– Проходи, Володя.