— Тут только свои! Эх, в церкви красиво отпевают! Прямо плакать тянет! Но Соню-то нельзя! Самоубийц ваще положено за оградой хоронить!

Последняя фраза стукнула как молот по голове.

— Самоубийц!

— Ну да, — девица быстро проглотила очередной кусок булки, — а вы че, не знали?

Я покачала головой.

— Ой, — всплеснула она руками, — небось вы одна такая остались! Третий день народ языком чешет. Давайте расскажу. Кстати, меня Лена зовут, а вас?

— Даша, — машинально ответила я и стала слушать сплетницу.

Соня ушла из жизни неожиданно для всех. Адашева ночью села в машину, отъехала недалеко от поселка, припарковала свою роскошную иномарку на обочине и выпила ликер, в котором содержался яд.

Где-то около восьми утра некто Гуськов, один из соседей Адашевой, поехал на работу и наткнулся на ее машину. Мужчина вызвал милицию, и дело завертелось. Найденные возле тела письма не оставили сомнения: Софья Зелимхановна, удачливая бизнесвумен, богатая, не имевшая, по мнению многих людей, никаких материальных или моральных проблем, решила покончить с собой.

— Ну и дура, — воскликнула Лена, — мне бы ее деньги! Господи! Иметь миллионы и отравиться!

— Богатые тоже плачут, — ляпнула я.

— Только в кино, — отмахнулась Лена, — и то у них потом все пучком связывается, дети находятся, мужья любовниц бросают, наследство на башку обваливается.

Я схватила Лену за плечо:

— Не знаешь, Катя здесь?

— Которая?

— Дочка Сони.

— Незнакома с ней, — поморщилась девушка и тут же оживилась:

— Смотри, там мороженое носят и взбитые сливки. Пойду раздобуду себе вазочку.

Чуть пошатываясь на высоких каблуках, она бросилась в центр зала. Я прислонилась к колонне. Самоубийство! Ну почему мне в голову не пришло подумать про то, что Соня наложила на себя руки? Письмо я прочитала, в нем содержалась всего одна фраза: «Даша, ты обещала взять Катю!» С какой стати я решила, что Соня погибла от инфаркта? Почему в моей голове жила невесть откуда взявшаяся уверенность, что бывшая коллега нацарапала послание в палате реанимации, лежала на капельнице, умирала, вот и хватило сил всего на одну строчку?

— Смотри, какая вкуснятина, — воскликнула Лена, выныривая из толпы, — мое любимое, с орешками.

Попробуй.

Я покачала головой:

— Не хочу.

— А зачем тебе дочка Сони? — полюбопытствовала Лена.

— Ну.., так.

Лена зачерпнула ложкой бело-желтую массу, сунула в рот, пару секунд помолчала, потом сообщила:

— Тут она! Мне Кларка Петрова сказала.

— Где?

— Клара? У окна стоит.

Пальчик Лены, украшенный дешевым серебряным колечком, показал в сторону. Я увидела чуть поодаль, возле широкого мраморного подоконника, худенькую девушку в темно-сером брючном костюме и, забыв попрощаться в Леной, рванула к Кларе.

— Катя? — настороженно осведомилась Петрова.