Самым сладким кусочком был огромный пустырь, расположенный в очень удобном месте, рядом со МКАД.

Построенный там торговый комплекс стопроцентно принесет гигантскую прибыль. С одной стороны, магазин мог иметь въезд с Кольцевой дороги, а с другой — в него спокойно попадут жители нового района. Степнову хотелось заполучить землю до дрожи. Для него тот год был нервным, бизнесмен подумывал и о политической карьере, сделал пару пробных заявлений о своем желании баллотироваться в Думу, одновременно с этим узнал, что пустырь может достаться Адашеву, и начал раздавать взятки чиновникам.

Вечером четырнадцатого февраля, дата впечаталась Роману в память на всю оставшуюся жизнь, ему позвонил Зелимхан и бодро сказал:

— Не хочешь вина выпить? Я нашел чудное местечко. Народу немного, кухня волшебная — правда, кавказская. Ты к ней как относишься?

— Очень даже хорошо, — ответил Роман, — сациви-щмациви.

Зелимхан рассмеялся.

— Тогда приезжай.

Роман прибыл по указанному адресу, отведал восхитительного шашлыка, выпил отличного вина и слегка расслабился. Зелимхан тоже откинулся на спинку стула и воскликнул:

— Сколько человек съесть способен!

— Горы, — усмехнулся Роман, — кстати, на этом наш с тобой бизнес держится. Прикинь, где мы окажемся, если народ поголовно от продуктов откажется.

— Лучше не думать о таком, — улыбнулся Зелимхан, — и вообще твое предположение звучит дико. Человек ел, ест и будет есть. Впрочем, говорят, кое-кто способен и без пищи прожить, монахи, например, с Тибета.

— Они еще и летать умеют, — подхватил Роман.

Разговор двух бизнесменов, отдыхавших после тяжелой рабочей недели, повернул к теме паранормальных способностей человека. Так, ни к чему не обязывающий треп. Степнов рассказал о знакомом, которого вылечил филиппинский хилер, Адашев поведал о некоем астрологе, способном подсказать, в какой день лучше всего принимать стратегические решения. Потом оба замолчали.

— Да, — прервал молчание Степнов, — человек способен на многое. Вот так живешь и не знаешь, что ты экстрасенс, потом бац — и открывается третий глаз.

— Ага, — кивнул Адашев, — кстати, смотри, какой интересный документ!

Роман, не ожидавший никакого подвоха, кинул взгляд на протянутый листок и почувствовал, что сердце выпрыгнуло из груди, переместилось в горло и колотится там со страшной силой. Перед ним была копия свидетельства о рождении Рамазана Ицхакова. Шок оказался настолько велик, что Степнов, на секунду потеряв голову, не сумел сдержать нахлынувших чувств и воскликнул:

— Но как ты узнал?

Зелимхан взглянул на него.

— Во-первых, ты похож на своего отца и деда, просто копия. Даже нос морщишь, как они, ну, а во-вторых… Ладно, тебе это неинтересно. Я знаю все.