Брезент громко хлопнул и вновь выгнулся под напором ветра. Бронсон поднял голову. Ослепительные лучи солнца просвечивали сквозь грубую ткань. Американец выругался.

– Что такое?

– Меня раздражают эти хлопки. Такое ощущение, что стреляют прямо над ухом, и я начинаю хвататься за пистолет.

– Хотя я вижу кустарник. Вон там, чуть левее от нас.

– Там вода. И брошенная деревня под горой."

"– Да, да. Именно там и находится заброшенный храм.

– Ваши люди случайно не пристрелят профессора? Хотя он не похож на русского разведчика.

– Вчера профессор не вернулся. И охрана не выходила на связь.

Но я не стал поднимать тревоги. Скорей всего, этот чудак нашел что-то интересное и решил заночевать в деревне, чтобы не тратить время на переезды.

– А почему не выходили на связь?

– Да мало ли… вдруг у них села батарейка.

– Что же вы мне раньше не сказали? – выпрямился полковник.

– Думаете, это как-то связано с русскими?

– Все может быть.

Полковник поднял свой бинокль. Цепочка солдат, из-за расстояния кажущаяся маленькими светлыми копошащимися жуками, хорошо была видна на вершине плоского высокого холма.

– Сейчас парни спустятся к деревне, – сказал он.

 – Ну, если русские там…

– Маловероятно, – генерал отвернулся и взял кофе. – Вы меня извините, Сид, но я как-то не верю в это. Неужели они не выставили даже часового?

– Выставили, конечно.

– А почему тогда не стреляют? Чего они ждут?

– Не знаю, – сквозь зубы пробормотал полковник. – Все, начали спускаться… сейчас начнется.

Абу-Салим отставил чашку и прислушался. Над ними свистел ветер. Опять громко хлопнул брезент. Араб вздрогнул. Американец не обратил на это никакого внимания. Он не отрывал бинокля от глаз.

Абу-Салим посмотрел на него и взялся за рацию. Он несколько раз повторил вызов, но рация отвечала ему громким шипением.

– Связь не проходит, – негромко сказал Бронсон, опуская бинокль. – Ладно, подождем. Думаю, все решится в течение получаса.

Больше они не разговаривали. Генерал пил кофе, а американец безостановочно курил, сплевывая на песок между широко расставленными ногами. Иногда он смотрел в бинокль, опускал его и снова брался за сигарету.

Абу-Салим прислонился к борту джипа и прикрыл глаза. Солнце поднялось еще выше. Ветер усилился.

– Есть! – вдруг сдавленно произнес Бронсон. – Вижу. Поднимаются.

– Все тихо, Сид? – спросил генерал, не открывая глаз. – Я же говорил вам, что русских там нет.

Бронсон взял рацию.

– Джейкоб, вы слышите меня?

– Да, сэр, – очень четко отозвался голос в рации. Бронсон удовлетворенно кивнул. Солдаты уже начали карабкаться на склон противоположного холма, поднялись выше, и теперь связь проходила отлично.

– Что там у вас? Никого нет?

– Никого. Деревня заброшена. Никаких следов присутствия человека.