Потому сейчас каждый проявлял максимальное усердие, желая соответствовать занимаемой должности. Получалась негласная конкуренция, которая шла лишь на пользу партизанскому воинству. А теперь, после слов Томши, каждый почувствовал личную ответственность. И не желая выглядеть перед товарищами самым некомпетентным, настраивался сделать всё возможное."

"- Приманку поставим в стороне от дороги, - продолжал рассказывать Томша, - чтобы повозка с шатром никак не могла туда проехать. И тогда врагам придётся оставить её на дороге. Конечно, какая-то часть карликов останется на охране, но в любом случае они разделятся. Десяток наших самых проворных малых спровоцируют погоню. Скорее всего за ними кинется не слишком много дикарей, а потому они должны получить отпор у границ лагеря беженцев. Думаю, залп из полусотни боевых рогаток, с которыми малышня ходит на охоту, остановит преследователей. Вместе с тем, позволит им сбежать, чтобы позвать подмогу. А успев заметить, что детей много – целое стойбище, они наверняка вернутся в куда большей численности. А это значит, что на дороге у шатра останется уже не слишком много охраны. Когда основная толпа карликов нападёт на лагерь, дети уже сбегут оттуда. Зато на врагов обрушатся штурмовики Кабая. Подкрепим их ещё сотней стрелков, а может и отрядом вчерашних новобранцев – ведь карликов нужно полностью окружить, чтобы не поспели на помощь, если чудовище решит их призвать. Потому подключим вообще всех, кто сможет держать оружие.

- То есть какая-то часть наших отрядов должна будет использовать момент и напасть на чёрный шатёр? – слегка встревоженно спросил Шмель.

- Да. В этом и суть. – с лица Томши исчезла обычная улыбка, теперь он выглядел как никогда серьёзным. – Отряды Пятигона, Крумли, Клюши – то есть тех командиров, кто имеет к чудовищу личные счёты. Думаю, что ненависть в этом случае пойдёт на пользу, придаст бойцам отваги. И ты, Шмель, тоже поможешь. И Пархим. В общем половина наших, сотни три. Я сам лично вас всех и поведу. Уж такой-то силой как навалимся, то с чудовищем точно справимся.

Томша обвел испытующим взглядом лица перечисленных командиров. Никто не дрогнул, смотрели хмуро, но решительно – значит, слова подобрал правильные и с выбором не ошибся.

Такое вот собрание было вчера. А сегодня каждый уже занял определённое ему место и знал, что и когда должен сделать. Прятались в кустах умело замаскированные отряды, ждали своего часа. А Шмель, как самый зоркий, сидел на дереве, наблюдая за трактом. С южной стороны на нём уже клубилась пыль, поднимаемая вражьим отрядом и волами, тянущими платформу. Скоро они минуют открытую местность и войдут в лес, где ждёт засада. На некоторое время пропадут из виду, но в конце концов окажутся на вон той поляне, в нужном месте.