— Ариш…

— Нет, Коля, даже не начинай, я не могу, еще ветрянка эта, будь она неладна.

— Ариш, у тебя взрослая дочь, да и Егор на что? Выходит он твою Ксюшу, ну чего ты молодым мешать будешь, Арин.

Она его слушает, а смотрит на меня. Пристально так, внимательно. Словно прочесть пытается, а мне под ее взглядом как-то некомфортно становится.

— Все продумал, да? — выдает наконец и усмехается, как-то по-доброму.

Я молчу, только плечами пожимаю. А что я могу сказать? Права она. Продумал. И сейчас, глядя на нее, я понимаю, что она согласится, обязательно согласится.

Потому что не хуже меня понимает, что так правильно будет. Вообще мать у Ксюши женщина умная очень. Мне с ней достаточно тесно удалось пообщаться, чтобы выводы определенные сделать.

— Не по-людски это как-то, когда дочь больная, оставлять ее, — вздыхает тяжело.

— Арина Викторовна, мы с вами оба прекрасно знаем, что у Ксюши вполне себе легкая форма, да и в случае чего, врача я вызвать в состоянии. Ну вы же понимаете, что для всех так лучше будет.

Понимаю, что она сейчас осуждения дочери боится. Боится, что не поймет, и этот страх ее тормозит, не дает принять окончательное решение.

— Все нормально будет, но пока вы здесь, она так и будет при каждом шорохе дергаться.

— Дожила, мальчишка наглый из собственной квартиры гонит.

— Так я ж во благо, — улыбаюсь, когда он встает с пуфика, — Ксюша только рада будет, я уверен.

— Уверен он, — вздыхает, смотрит на притихшего деда. — Ну хорошо, Ксюше ты как объяснять мое отсутствие будешь?

— Я?

— А кто? Она спит, будить я ее не собираюсь.

— Да она и не заметит его, — отшучиваюсь, понимая, что она сдалась, — нормально все будет.

— Все, Ариш, давай-ка вещи собирать, нечего время тянуть, — последнее слово дед оставляет за собой.

Я когда все это затевал, как-то не думал даже, что настолько все просто будет. Думал, попотеть придется, а тут… И чего кота за хвост тянули? Вот верно говорят, что менталитет у нас такой — гордые, пока, сука, под жопу не дашь, ни черта делать не будем. И ведь это во всем так работает, даже вот в таких мелочах."

"На сборы у Арины Викторовны уходит не больше получаса.

Вообще, я понимаю, конечно, что согласилась она скорее из-за нас с Ксюшей, и за это я ей благодарен. За возможность эту, за понимание, за доверие в конце концов. Ведь со мной она оставляет самое дорогое, что у нее есть. Вот так просто, поверив мне на слово. Удивительно, но она, наверное, единственный человек, так просто и без лишних слов принявший на веру всю серьезность моего отношения к ее дочери.

И последняя фраза, произнесенная матерью Ксюши, лишний раз подтверждает мои догадки.