Я слишком много видел в этой жизни, чтобы думать, что придуманное кем-то другим свято и непогрешимо. А когда рядом люди умирают пачками, многое переосмысливаешь.

Марат запихивают девчонку в кресло. Подальше от отца и спрашивает у Назара:

-Салфетки есть?

Тот кивает. Никак не может собраться, что удивительно. Обычно он всюду, как рыба в воде.

Открывает стол, достает пачку влажных салфеток, подходит к Марату, отдает их ему.

-Возьми, прижми к губе, - брат достает одну салфетку и отдает девушке."

"Она слушается, но всё равно обжигает его взглядом. Что у них там случилось? Но судя по тому, что я слышал, вряд ли он взял её силой.

-Он тебя изнасиловал? - хрипит Батурин.

Девочка сглатывает, смотрит отцу прямо в глаза и отвечает:

-Нет, папа. Я сама...

-Да я тебя убью! - ревет её отец, делает рывок в её сторону, но через несколько шагов пошатывается, хватается рукой за сердце. И начинает оседать на пол.

Подхватываю его под мышки, укладываю на ковер, потому что он начинает багроветь.

-Врачи в гостях есть? - спрашиваю у дяди.

-Да-а-а, - отвечает он неуверенно.

-Зови. И скорую вызывай.

-Папа! - подрывается девчонка.

-Не подходи! Проклинаю тебя! Что ж ты наделала, шлюха малолетняя? О сестрах не подумала.

.. Их же замуж не возьмут... Что бы ноги твоей возле моего дома не было... - шепчет между тем Батурин.

В кабинет забегает Айваров, врач-кардиолог, владелец сети клиник.

Он оттесняет нас от Батурина, осматривает. Ничего не говорит. Кто-то приносит ему сумку. Он делает какой-то укол. В кабинете появляются сыновья. Начинается шум и гам. Потом приезжает скорая, сотрудники которой кладут мужчину на носилки и уносят.

Батурин даже в таком состоянии умудряется что-то сказать сыновьям. Один из них идет с ним.

Второй остается в кабинете и, когда мы остаемся там впятером - я, Марат, Назар, Асия и этот парень, хватает девушку за шею и начинает душить.

Мне уже это всё порядком надоело.

Я бью его по печени, и он ее быстро отпускает, согнувшись пополам.

-Рустам! - ахает дядя.

-Задрали, - бурчу я.

-Сука... Отца чуть не угробила. Домой не смей показываться. Карточки сейчас заблочим. И в универ можешь не ездить. Ты там больше не учишься, - с ненавистью выплевывает он в девчонку, а та сжимается в комок.

Парень направляется на выход.

-Я тебя всё равно прирежу, чтобы имя наше не позорила.

Девочка падает в кресло, делаясь белой как полотно.

-Давай ты хотя бы истерику устраивать не будешь, - говорю я ей, садясь на соседнее, - Надо головой думать, когда что-то делаешь. Или ты ждала, что они обрадуются?

-Я не хотела, чтобы меня насильно выдавали замуж, - убито говорит она.

Жена Назара, надо отдать ей должное, проводила гостей. В доме остались лишь члены семьи и Асия.

-И что теперь, Рустам? - повысив голос, произносит дядя, - Они же не успокоятся! Это такое пятно на весь род.