Он прижимает меня спиной к себе и целует в макушку. Я чувствую, как тепло распространяется по моему телу. Мне хорошо с этим мужчиной. И в спальне. И вне её.

Может, поэтому мне так хочется, чтобы всё прошло хорошо.

Сегодня Давиду исполняется год. За окнами бушует грязная, холодная весна, а мне хочется праздника. Теплого, семейного. Хочется оставить все трудности в прошлом и верить, что в будущем лишь хорошее.

Возможно, поэтому, посовещавшись, мы с Рустамом решили устроить день рождение для Давида Рустамовича Сатаева. Рустам очень быстро сделал документы на сына. А я разглядывала свидетельство рождения собственного сына и ревела, как дура. Оно у моего малыша появилось лишь спустя семь месяцев после рождения.

Но сейчас это уже не воспринимается настолько остро.

-Твои родственники... - говорю я.

-Что, Оля? Они уже успокоились... - отвечает как ни в чем не бывало Рустам.

Или, скорее, он их успокоил. Я обнаружила, что муж очень умело добивается поставленных целей.

На самом деле моё беспокойство вызывают не только родственники Рустама, но и моя мама, которую я пригласила на день рождения внука. И которая, к моему удивлению, согласилась.

Праздник мы решили отмечать дома. Всё-таки Давид еще мал, а в знакомой обстановке ему будет проще. Да и мне тоже, если честно.

-Твоя мама приехала, - сообщает мне Рустам, - Пойду встречу тещу.

С сомнением гляжу на него, направляющегося из нарядно украшенной гостиной. Встречать мою маму, подъехавшую на такси."

"-Оль! - окликает меня Марат, который вместе с женой и четырехмесячной дочкой уже приехал.

Асия пошла кормить малышку наверх, потому что стали съезжаться гости. Давид ""плещется"" в бассейне с мячиками под надзором няни.

-Да? - между мной и братом мужа установилось ровное общение. Но какое-то отчужденное.

Рустам его даже извиниться заставил за ту некрасивую сцену пять месяцев назад.

-Бутылочку уронили. Где можно простерилизовать?

-Пойдем на кухню. Сейчас сделаю.

Пока идем по коридору, Марат говорит:

-Хорошо, что вы остались вместе... - неожиданно слышать это признание.

-С чего вдруг? Ты же... был настроен против меня? - не могу удержаться от прямого вопроса. Хочу знать, насколько люди вокруг меня искренни в демонстрации своих чувств. Или притворяются, чтобы угодить Рустаму?

Марат какое-то время идет за мной молча. И лишь перед дверью кухни отвечает:

-Ему с тобой хорошо. Он ... живым становится.

Слышу. Но не знаю, что сказать в ответ. Я и сама становлюсь живой лишь рядом с Рустамом.

На кухне кипит работа. Стараюсь не мешать, стерилизую бутылочку. Наливаю в нее питьевую воду, как просит Марат.

И когда мы выходим из кухни, говорю:

-Я рада, что ты теперь думаешь так. Рустам очень тебя любит. И для него тяжело, когда его близкие не могу найти общий язык.

-Я знаю, - отвечает мне Марат.