— Что ты делаешь? — шепчет Ева так тихо, что мне приходится напрячься, чтобы ее услышать.

Иду Ва-Банк, потому что я так сильно и так долго хочу ее, что стер уже не одни штаны:

— Собираюсь трахнуть тебя на преподавательском столе.

Ее теплое дыхание на моем лице и жаркий рот уничтожают еще одни брюки:

— Я совсем не против.

19

Ева

Дыхание Ника такое тяжелое, что в венах разрывается дождь адреналина."

"Ничто не подготовило меня к нашему столкновению тет-а-тет, и теперь я понимаю, что просто не в силах заставить себя уйти. Я действительно шла забрать свой телефон, с мыслью о том, что в аудитории никого нет, но сейчас вижу его, и весь здравый смысл куда-то улетучивается.

Я думаю о Нике непозволительно много и регулярно мечтаю о нем по ночам. Хочу на себе руки этого уверенного мужчины и всю его страсть, желаю грубости прикосновений без неуверенной осторожности, которая ассоциируется у меня с бесцветным домашним сексом,

— Я совсем не против, — твердо произношу, глядя ему в глаза.

Кадык на шее у Ника дергается, и он рвет меня к себе за руку:

— Стол, — низкий голос на моем лице звучит по-звериному.

— Хочу твою задницу на столе. Ты так долго трахала мне мозг, златовласка, что на любезности можешь не рассчитывать.

Понятия не имею, откуда берется во мне эта отчаянная уверенность, да и не хочу сейчас думать. Я доведена до точки отчаяния своей неудовлетворенностью и постоянными мыслями о нем.

— Трахни меня, — шепчу ему на ухо, встав на цыпочки. — Покажи, как ты зол на меня.

Дыхание Ника, щекочущее кожу, резко обрывается, и в ту же секунду две жесткие руки толкают меня к стене. Удар слабо жжет лопатки, но эта боль сладкая, потому что в ней есть страсть и голод Ника ко мне.

Когда он смотрит на меня, сверкая глазами, так словно хочет проглотить целиком.

Он вгрызается в мой рот губами , словно и правда хочет причинить боль. Завоевывает его дюйм за дюймом, сжимает пальцами скулы, каждым движением давая понять, кто кем будет обладать.

— Я очень на тебя зол, Ева. — прижимает большой палец к моей нижней губе и оттягивает ее вниз, жадно прослеживая это движение глазами. — Я бы поставил тебя на колени, я заставил отсасывать мне, за то что столько времени держала мои яйца в кулаке.

Его грязный язык безумно заводит: эти слова именно то, что я хочу сейчас слышать. Вот такая страсть мне нужна, без оглядки на приличия и сдержанность.

Ник обхватывает мое бедро и дергает ногу вверх, закидывая ее себе на талию. От неожиданности я взвизгиваю, но вдавившийся между ног бугор и хриплый шепот заставляют затаить дыхание:

— Вот с таким стояком я каждый раз ухожу после занятий по твоей вине.

Я охаю, потому что Ник отводит бедра назад и снова ударяется в трусики напряженным пахом.