Я никогда не видела доброго мужа или счастливого брака в Братве, но я цеплялась за надежду, что Маттео не так ужасен, как мой отец. Может быть, у итальянцев все было иначе. Может, они лучше относились к своим женщинам.

Лицо Милы омрачилось, на лбу появились морщинки.

— Лучше бы так и было. — ее голос звучал свирепо.

Будучи старшей сестрой, я всегда защищала Милу, заботясь о ней, когда родители нас игнорировали, а няни уходили домой. Но с годами, по мере того как мои проблемы со здоровьем становились все серьезнее, она начала защищать меня.

— А что насчет Димы? — спросила Мила.

Наш сводный брат Дмитрий вел жизнь, окутанную тайной. Отец постоянно отправлял его выполнять грязную работу за границей, не в силах долго выносить присутствие сына. Дима слишком напоминал ему его первую жену. Женщину, которую, если верить слухам, он действительно любил.

Я сжала ее руку.

— Уверена, он знает. Может, он приедет на свадьбу.

Мои слова звучали не убедительно. Свадьба должна была состояться через два дня. У Димы не было постоянного номера телефона, поэтому нам всегда приходилось ждать, когда он сам выйдет на связь.

— Как думаешь, Маттео знает о моем… — я жестом указала на свое тело.

Губы Милы приоткрылись.

— Пахан должен был ему рассказать, верно? Маттео, наверное, получил кучу информации о тебе, прежде чем согласился.

Мы перестали называть нашего отца «папой» много лет назад. Для нас, да и для всех в его жизни, он был только Паханом.

Я глубоко вздохнула, почувствовав облегчение.

— Да, конечно.

Тоненькая нить надежды вплелась в мою тревогу. Маттео, должно быть, порядочный мужчина, если решил жениться на мне, несмотря на болезнь. Хотя… может быть, союз с Братвой был слишком заманчивым предложением, чтобы отказаться, даже если это означало принять такую невесту, как я.

— Я буду по тебе скучать, — пробормотала Мила.

Я моргнула, чтобы сдержать слезы. Годы отцовских криков, требующих, чтобы я стала жестче, не смогли заставить меня перестать быть глубоко чувствительной.

— Может, он позволит тебе приезжать в гости, — сказала я.

— Да, может быть.

3

МАТТЕО

Мы с Ромео сидели на заднем сиденье машины, направляясь из аэропорта в церковь. Два джипа, с моими людьми, ехали рядом. Сиенна была в ярости из-за того, что я не позволил ей присутствовать на моей свадьбе. Я недостаточно доверяю русским, чтобы рисковать безопасностью сестры.

Я взглянул на часы. Вечером у меня была встреча в городе, где нужно было осмотреть новую партию оружия вместе с Доменико, моим силовиком, поэтому церемония должна была быть быстрой.

— Ты бы потренировался улыбаться, — сказал Ромео.

Я посмотрел на него с недовольством.

— Нет, нет, наоборот.

— Отвали. Зачем мне улыбаться?

— Чтобы произвести хорошее впечатление на свою невесту.