– А разве вы не все учредители?

– Нет, – вздохнул сводный брат печально. – Совет директоров и держатели таких маленьких, – он пьяно стал показывать двумя пальцами минимальную величину, – дохленьких пакетиков акций. А владелец компании наш отец. И вывести из бизнеса любого из нас, не проблема.

Мы прошли по ковровой дорожке к золотистым створкам лифта.

Пропустили соседку с маленькой собачкой, поздоровались с ней. Старушка внимательно нас рассмотрела и расплылась в улыбке.

Мы вошли в светлую, просторную кабинку лифта, и Артур нажал кнопку на самый верхний этаж.

У меня почему-то появилось чувство, что он хочет с крыши скинуться, и меня прихватить вместе с чемоданом. Настолько был удручённый вид у старшего брата.

Но на крыше дома была вертолётная площадка. В пробках мы часов шесть простоим, а на вертолёте за час доберёмся.

Ужин в папином доме будет в десять вечера. Успеем с Артуром по комнатам расселиться. И я смогу познакомиться со сводными братьями и сестрой. Доблестный папаша за жизнь успел детишек настругать разным женщинам.

А родня меня саму пугает.

Допустим, отец Артуру ничего не оставит. А ведь этот человек с юности в бизнесе. И не будет у меня брата. Потому что деньги способны испортить все отношения… Даже любовь к своей однокласснице.

– Жесть, – выдохнула я, полностью пропитавшись настроением Артура.

– И я о том же, – вздохнул взрослый мужчина, откинув голову на стенку лифта."

"Наверно поэтому он не смог сохранить семью. Весь в полном напряжении. И может остаться без всего. Я постеснялась спросить, чем он будет заниматься, если его из компании выгонят. Наверняка есть сбережения, и откроет своё предприятие. Или оно уже есть.

Ничего не знаю!

Надо будет изучить родню и семейный бизнес.

На крыше было прохладно. Дул сильный ветер. На ярко освещённой площадке стоял вертолёт. Один из пилотов открыл нам стеклянные двери и предложил сесть.

Внутри, как в салоне автомобиля, только кресел четыре. Два напротив двух. Молочной кожей обиты, между ними столик с подставками для напитков. А главное – окна! Я сразу заняла место и пристегнулась ремнями.

Дверь–купе закрылась, и мы приготовились к полёту.

Артур сидел напротив и внимательно рассматривал меня.

Я знаю, почему богатые мужчины любят бедных серых мышей из деревень. Именно за наш щенячий восторг от всего, чего ни разу не видели, к чему не прикасались.

– Нравится? – спросил старший брат.

– Потрясающе! – восхищённо крикнула я.

Дальше было шумно, поэтому с Артуром мы больше не разговаривали.

****

Я сумела сохранить в себе ребёнка. Не перестала мечтать и верить в любовь. Надеялась, что всё разрешиться хорошо. Лёшенька не обидел меня, он любит, у него есть объяснение своему поступку. И мы будем счастливы.