Мне нельзя к женщинам прикасаться.

– А я не женщина? Корова?

Он с силой прижал меня к себе.

Мне казалось, что вся его сила и красота, весь его скрытый мир мне принадлежит. Но я упёрлась ногами и руками в двери, в которые он меня тащил. На инстинктивном уровне пыталась отгородиться от чего-то более страшного, чем измена.

– Ты безупречно-красивая, – шептал мне в ухо. – Я очень сильно тебя люблю. Повода не дам. А то что кричат уроды всякие ты не слушай. Ты же видела, что она хотела обидеть, уколоть…

– Лёша, ты девушку избил.

– Поэтому и нельзя прикасаться к женщинам. Сонюшка, я садист.

***

– Ты садист? – наконец-то отмерла я.

Лёша смотрел на дорогу и схватился за руль, рядом с моей рукой, чтобы мы не улетели. Я тут же взяла себя в руки и стала смотреть только прямо. Давила на педали, всё дальше уезжая от уродливой деревни.

– Да. Поэтому у меня никогда не было женщины, – говорил тихо, монотонно.

– А я?! – испугано только глянула на него, заметила, что прибавила скорость и отпустила педаль газа, чтобы ехать медленнее."

"– Ты иная, Сонь. Ты моя слабость, – начал говорить Лёшка. – Всё, что внушается или происходит с ребёнком в шесть – восемь лет потом сложно вычеркнуть из памяти и души. В это время начинают детей обучать, потому что это самый подходящий возраст. Но не только знания мы получаем в это время, это формирования душевных ценностей. Помнишь нашу Шестерёнку? Шесть самых активных и крутых учеников класса? Мы были маленькими, нас посадили за парты: Трэша с Ложкой, Кучу с Шишей и нас с тобой. И благодаря тебе, я влился в эту Шестерёнку. Ты меня везде таскала, на все мероприятия, в столовке подкармливала. Может, ты не помнишь, но ругала, когда у меня рубашка из брюк вываливалась, и сама лично заправляла обратно. Я во второй класс только за тобой нёсся. Я по учёбе ради тебя успевал. Ты в моей голове засела, как родная. Соня, ты мне родная. Ты когда вещи моей матери надела, я понял, что мы семья и никому в обиду я свою семью не дам. И поэтому я тебе скажу, родная. Никогда! Ни за что! Не соглашайся даже на мелкие извращения со мной. Даже если тебе самой это нравится. Потом ради меня терпеть начнёшь, а я не остановлюсь.

– Не пугай меня! – закричала я.

Он нагнулся и включил фары. Легче от этого не стало. Тёмный лес и поток света впереди. Так и ждёшь, что какой-нибудь Леший под колёса выскочит.

– То, что произошло в бане, меня из равновесия выбило, – сказал Васин тихим голосом.

Меня, если честно, тоже выбило. А скорей всего весь дух из меня гад выбил, и задница не сразу зажила.

Я остановилась, и пока мужчина соображал, спешно вышла из машины на пустующую дорогу. Встала в свет фар.

Запутанность ситуации меня сводила с ума. Мне нужно было разобраться с этим мужиком! Я люблю его, я жена ему.