Когда Андрей Степанович вернулся с работы, Лиля сразу все ему рассказала. В первый момент Андрей Степанович не знал, что сказать, потом подошел к телефону, набрал какой-то номер, назвал себя и сообщил все, что Лилечка ему сказала.

– Я прошу вас взять на контроль, – он хотел назвать адрес, но задумался. – Лучше я вам дам телефон женщины, которая вам сообщит дополнительную информацию, – и он назвал телефон Иры. Он был в таком волнении, что не знал, что делать дальше, но Лиля подошла к нему.

– Не волнуйся. Ты все сделал правильно. Ира все поймет.

Весь вечер они ждали звонка Иры, но никто не позвонил. Тогда Лиля набрала ее номер. Никто не брал трубку.

– Ее нет. Она, видимо, уехала к матери.

Андрей Степанович решил для себя, что не будет выходить из дома, пока ситуация не прояснится. На следующее утро он сказал Лиле:

– Собирай вещи. Срочно уезжаем.

У них была долгосрочная виза, и они с Лилечкой в любой момент могли уехать. Этот момент настал. Андрей Степанович позвонил Клаусу и предупредил:

– Мы вылетаем ближайшим рейсом. Встречай.

Потом позвонил на кафедру и предупредил:

– Я срочно вылетаю в Германию.

По электронной почте пришлю вам заявление. Оформите все за меня.

Глава 6

И вот он в Германии, и не может поверить, что здесь он в безопасности. Жизнь продолжалась теперь здесь, и он с радостью думал о том, что наконец-то может освободиться от фантомов прошлой жизни, и это его настроение было связано с новыми впечатлениями. Ему нравилось в их доме – панели из дерева, украшенные инкрустацией, закрывали все пространство стен, и лестница, ведущая вверх, создавала впечатление средневекового жилища, а скрипучие ступени как будто специально сделали так, что глухой звук дерева сопровождает каждый шаг, напоминая о древности жилища.

Вся эта обстановка, сумрачная из-за темного цвета стен и потолка, с которого свисали вниз выступы украшений, что-то напоминавших, была приятна Андрею Степановичу. Окна с пола до потолка с гранеными стеклами пропускали непрямой свет из-за навеса над первым этажом, обрамлявшим дом со всех сторон, а портьеры были бархатные, болотного цвета, и очень напоминали те, которые висели в его кабинете дома.

Андрея Степановича все это приятно радовало, и он попросил придвинуть стол поближе к окну, а когда сел за него, почувствовал себя дома. Это наполнило душу радостными впечатлениями, но вдруг он вспомнил, почему он  не дома, и ему сразу стало неуютно."

"Он встал и поднялся по лестнице на второй этаж, откуда можно было наблюдать окрестности. Эти первые впечатления от переезда сохранились как очень для него яркие.