Это чувство у него обострилось после истории с нападением на него, он чувствовал, что, кроме этого человека, в прошлом с Лилечкой было еще что-то…

Тревога и желание знать правду странным образом крутились в его голове, и однажды он попросил Лилечку пригласить, как он выразился, эту Галину Сергеевну, к ним. Лилечка согласилась и тут услышала странную фразу:

– Знаешь, я хочу поговорить с этой женщиной с глазу на глаз… – он внимательно смотрел на Лилю, а она сделала вид, что «конечно», чувствуя, как ее сердце волной окутывает страх и расползается в разные стороны, создавая неприятное ощущение одиночества и оголенности своей перед надвигающимися неизвестно откуда неуверенностью и тревогой.

Глава 18"

"Между Андреем Степановичем и Лилечкой существовала негласная договоренность о свободе действий. Это означало, что каждый может делать то, что он считает нужным, и тогда, когда ему это покажется удобным.

Л      илечка понимала, что встреча Андрея Степановича с этой Галиной Сергеевной была связана с делом в суде о ее сыне. Так ей казалось логично, и она чувствовала, что есть еще что-то, что составляет интерес Андрея Степановича к этой странной истории.

Конечно, Лилечка понимала, что нападение на Андрея Степановича было связано с ее прошлыми отношениями с Сергеем. Это была месть ей за то, как она поступила когда-то с Сергеем, но в глубине души Лилечка предчувствовала, что в этой истории есть какая-то тайна, и понять и разгадать ее Лилечке очень хотелось.

То, что она пережила, ухаживая за Андреем Степановичем, окончательно убедило ее в любви к этому человеку. Она превратилась на время в зрение и слух, она прислушивалась к его дыханию, как мать у постели больного ребенка.

И это чувствовал Андрей Степанович, и был спокоен, что рядом есть близкий человек, и одновременно этот вопрос: «Неужели это все?» – относился к Лилечке тоже, и было в этом вопросе сомнение, которое Андрей Степанович не формулировал, но его что-то смущало, тормозило в его отношении к Лилечке, которая была воплощенное смирение и любовь. Да, это чувство напоминало ему отношения с мамой, но не хватало чего-то, доверия и тепла, которые в его душе всегда были к маме, а к Лилечке было чувство благодарности и какое-то сомнение в своих к ней чувствах. Он не формулировал это четко, но этот вопрос все-таки оставлял ему какую-то лазейку, чтобы вернуть все на прежние места, и он не сдавался.

История с нападением утвердила его в этом мнении, что не все так просто, ясно для него, как ему бы этого хотелось. Закрадывалось какое-то чувство неудобства за то, что он попал в такую историю, и виновата в этом Лилечка. Его смущало ее прошлое, о котором они не говорили намеренно, он его стеснялся, а оказалось, надо еще его бояться.