Пусть и мелькнула здравая мысль, что это необходимо, но пока… Что пока я и сама не знала. Очевидным было только то, что день предстоит начать с похода к частному детективу. Нужно все-таки попробовать выяснить, что со мной произошло. Но как это сделать.

Новый телефон пиликнул непривычным рингтоном и я вздрогнула от неожиданности.

— Алло, — ответила я незнакомому номеру.

— Аль, привет, — пробасил мне в ответ Мишкин голос.

— Привет, — улыбнулась я, вспомнив давно не виденного друга. — Не поверишь, как раз про тебя думала буквально пару минут назад.

— И зачем тебе, красавица, понадобился ушлый адвокат? — поддел меня Михаил, а я словно вживую увидела закатанные глаза и взлетевшие вверх от удивления брови.

— Соскучилась, — тепло улыбаясь, призналась я.

— Не заговаривай мне зубы, ты по поводу «соскучилась» не звонишь, — уже серьезно добавил друг, вмиг становясь таким, каким он всегда был — хватким и чрезвычайно деловым.

— Дело есть, — призналась я, разглядывая себя в зеркало.

— Это по поводу твоего потеряшничества? — моментально просек тему мужчина.

— Да, — не стала увиливать, — но это не телефонный разговор, Миш.

— Тогда открывай дверь! — сообщил он мне.

— Какую? — растерялась я.

— Входную.

Друг обнаружился на пороге с двумя стаканчиками кофе и пакетом из моей любимой кондитерской.

— Надеюсь, не от этого своего Бертика? — спросил он меня, а когда я непонимающе вскинула брови, добавил насмешливо. — Беременна.

Была у Мишки такая черта — внимательность к мелочам, сказывались несколько лет оперативной работы.

— А… Нет, — смела рукой в мусорник последний тест, выдавший меня с потрохами.

— А от кого?

— Вот поэтому я и хотела поговорить, — начала было я свое нелегкое признание, а потом скоропалительно выпалила: — Я не помню, где провела две недели. Последнее воспоминание — еду в лес, решив, что пора порвать с Альбертом. Заблудилась. Проснулась, нашла машину, вернулась домой. Думала, прошли сутки, а на деле не одни.

Взяла протянутый стакан. Крепкий и горячий напиток обжег ее горло и в то же время показался ужасно невкусным."

"— Да, дела…, - задумчиво пробормотал Мишка, отпивая кофе. — Вот, чуял я, Тортон, что с тобой что-то неладное. Но такого даже не предполагал. Решил, что это очередной срыв и приступ хандры. Так, ладно, едем в больницу, — отставив кофе и отобрав у меня пакет с круассанами, вынес вердикт друг.

— Нет, — покачала головой, возвращая себе рогалик: — Со мной все в порядке, а амнезия особо ничем не лечится. Разве, что отправят в дурку на радость Альбертику.

— А ему какой толк?

— Не знаю. Он явился на следующее утро после моего возвращения. Весь такой любвеобильный. Жуть. Еле отделалась.