Это сказал Честер. У меня автоматически поджались колени.

Не то чтобы я не знала, что он в классе, просто упорно игнорировала этот факт.

– Так. – Мистер Карвер снял свои толстенные очки и взглянул на парня как будто впервые. – Мистер Бака, – заключил он, оглядев его. – Почему же вы назвали такое прекрасное чувство, как любовь, простите меня, «розовыми соплями»?

– Потому что это они и есть.

– По-моему, вам должно быть известно это чувство. Вы ведь с мисс Никотерой встречаетесь. Ваши отношения тоже «розовые сопли»?

– Наши отношения вас не касаются.

Я все еще поражалась тому, с какой дерзостью эти двое позволяют себе обращаться к учителям. Без капли страха, без капли заслуженного уважения.

Но мистер Карвер не повел и бровью.

– Так… Давайте все-таки обсудим этот прекрасный сборник… – Он вдруг замер, надел очки обратно, оглядел класс и задумчиво произнес: – А где мистер Конли? Что-то я его не наблюдаю.

– Ему нездоровится, – произнесла девчонка, которую вроде как звали Стеллой. – И он просил передать, что не придет на урок литературы.

– Уже третью неделю подряд, – цокнул мистер Карвер, качая головой с таким видом, будто отчитывал малое дитя. – Я уверен, никакого «нездоровится» здесь нет. Передайте мистеру Конли, чтобы явился ко мне сегодня после уроков.

– Он не сможет, – снова заговорил Честер. – У него каждый день после уроков занятия с нашей террористкой.

Я отреагировала так же, как и учитель: не повела и бровью.

– Ну вот пусть мисс Уайт и сообщит ему об этом, – совершенно не смутившись оскорбления, произнес он и взглянул на меня. – Хорошо?

– Сообщу, – ответила я.

И урок прервался на перемену.

Я встала, взяла в охапку учебник и тетрадь и прошла к двери.

Честер быстро меня настиг, не успела я выйти в коридор.

– Слушай, ничтожная, а тебя еще не наказали за воровство?

– А зачем кому-то наказывать меня, если я ничего не украла? – Я постаралась взглядом дать ему понять, как мне неприятно с ним общаться.

– Все равно накажут. Еще как. Ты же скоро что похуже сотворишь.

И тут-то до меня и дошло.

Это его рук дело? Похоже, что так, хотя я не была до конца уверена. С таким же успехом это могла организовать и Кристина. Или любой другой ученик этой идиотской школы.

– Отвали уже от меня, – плюнула я. – Как же ты меня достал!

Я отпихнула его локтем.

И вдруг он крепко схватил меня за запястье. За кожу на моем запястье.

У меня в горле застрял крик ужаса, все тело окоченело. А когда он толкнул меня к стене, больно прижав руки к холодной поверхности, я была готова кричать.

Никакая я не смелая. Просто искусно притворяюсь таковой.

– Ты уже совсем офигевать стала, ничтожная, – процедил он, и столько было ярости и гнева в его голосе, что я едва не содрогнулась, как от рыка дикого зверя.