Папа погрузился в изучение ислама и вскоре перешел из неопределенности в мусульманскую религию. Почти сразу он научился читать Коран[3] на арабском, совершать намаз[4] и изучил обязанности каждого мусульманина.

Вскоре их любовь стала вполне законной.

Думаю, что и слово «законная» звучит странно. А еще страннее, наверное, не понимать, как это – нельзя встречаться с парнями? Почему?

Вся моя жизнь с самого детства многим казалась одним сплошным запретом всего, что для остальных детей было обыкновенным делом. Так, соседская девочка уже в двенадцать лет убегала из дома с мальчиком, которого называла своим парнем, а другие девчонки, жившие через дом от нас, гуляли допоздна и веселились на разных подростковых вечеринках, пока их родители спокойно распивали на кухне чаи или смотрели очередное дурацкое шоу, которые без конца крутили по всем каналам.

Я могла бы завидовать этим детям, их беззаботности и мечтать однажды самой жить так же. Но этого не происходило. Мне это было попросту не нужно. А люди уже успели записать меня в несчастные, совершенно не зная ни меня, ни моих чувств.

Вот что меня просто вымораживало.

– Так, еще полчаса – и мы точно опоздаем, – произнес папа, взглянув на настенные часы, висевшие прямо над телевизором, и встал из-за стола. – Увидимся вечером, Адиля. – Он неловко провел рукой по щеке мамы, как всегда стараясь не показывать их взаимных ласк мне и Кани. – Дети, в машину.

Когда он это сказал, я уже стояла возле зеркала в прихожей и смотрела на свое отражение. Я поправляла головной платок, стараясь не выглядеть слишком необычно, что, конечно, было очень глупо с моей стороны. Я чаще всего носила свой хиджаб как паранджу, скрывая вместе с волосами и лицо, а это еще более необычно для американских подростков, не привыкших к подобному зрелищу. Такое они видели разве что в фильмах про террористов или на фотографиях в газетах, где сообщалось, что некая запрещенная организация едва не взорвала какое-то там здание. И, конечно же, меня тоже причисляли к тем, кто такое одобряет.

Многие, кстати говоря, путают эти два понятия, но на самом деле паранджа и хиджаб – вещи немного разные. Первое, например, больше похоже на просторный халат с длинными рукавами, драпирующий лицо и тело женщины, с прорезью для глаз, которую закрывает плотная сеточка, называемая чачван. Чаще всего паранджа бывает черного цвета и полностью скрывает все изгибы тела женщины, тогда как хиджаб – более «легкий» вариант, не скрывающий лица.

Сегодня свою излюбленную традицию носить хиджаб на манер паранджи я решила оставить до лучших дней, чтобы не пугать новых школьных приятелей (ну или врагов) своим видом.