– Потанцуем? – снова заговорила Руби, вставая.

– Давай как-нибудь без меня, Ру, – улыбнулся ей Рэй, оставаясь сидеть.

– Ламия? – Девушка изогнула бровь, взглянув на меня.

Я отрицательно покачала головой, и она, видно, была готова к такому ответу. Тогда, махнув рукой, Руби побежала на танцпол в своем красивом пышном платье, присоединяясь к группе других танцующих девушек. Наверняка она, вся такая общительная, активная и милая, дружит со всеми ними. Я в этом не сомневалась.

– Я знаю, это не мое дело, но… – вдруг начал Рэй, и я удивленно к нему повернулась, совсем не ожидая, что он со мной заговорит. – Ты зря злишься на Элиаса.

Мои губы сложились в усмешку, а изо рта послышалось глухое фырканье.

– Проснулась мужская солидарность? – спросила я.

Рэй улыбнулся.

– Да нет. Мы с ним за все годы учебы перекинулись лишь парой слов. Я вообще его не знаю, и плевать мне было бы на его благополучие, так что мне незачем за него заступаться.

Я отпила немного содовой, готовясь слушать дальше. Потому что стало действительно любопытно.

– Но я тот человек, который всегда будет топить за справедливость, понимаешь?

– И к чему ты ведешь? – Я чувствовала, что начинаю злиться, не веря своим ушам. – Думаешь, я поступаю несправедливо, игнорируя его за то, что он разослал по всей школе мои фото? Эти фотографии для меня то же самое, как если бы по рукам передавались фотографии обнаженной Руби. Тебе бы это понравилось?

У Рэя лицо скривилось, будто ему было очень неприятно представлять себе такую ситуацию. Хотя нет, не будто. Ему действительно было бы крайне неприятно. Но именно это я и хотела до него донести.

– Этот поступок был ужасен, согласен, – кивнул он. – Но те, кто его совершил, остались безнаказанны.

Я нахмурилась, пытаясь понять, о чем он говорит.

– Это не Элиас разослал те фотографии, – продолжил Рэй. – Это сделала Кристина. По договоренности с Честером.

– Что за бред ты несешь? Принимаешь меня за идиотку? Ты не видел его лица, когда я кинула в него те фотографии и спросила напрямую. Ты не знаешь, что он был там один и только он мог сделать фото.

– Нет, Ламия. – Рэй покачал головой. – Да, он был в той раздевалке, но также там были и Кристина с Честером. А промолчал он, потому что они пригрозили ему тем, что причинят тебе вред, если он расскажет правду.

Я была удивлена настолько, что потеряла дар речи.

– У него просто не было выбора. Потому что он не хотел, чтобы ты пострадала. Ему как никому хорошо известно о том, что могут вытворять эти двое.

И вот мир снова содрогнулся у меня под ногами. Но на этот раз он начал приподниматься, и разломанные его части принялись соединяться в одно целое, затягивая трещины.

– Что? – пробормотала я.

– Я слышал, Ламия, – сказал Рэй, полный уверенности.