Их сплетенные тела словно пронзил удар тока, отчего оба застыли, наслаждаясь восхитительным моментом.

– Мой Бог! – едва слышно проговорил Ник, и его губы пустились в путешествие вниз по шее Лорен, чтобы поцеловать плечо.

– Ник, прошу тебя, – слабо протестовала она.

– О чем? – прошептал Ник, дыша ей в шею. – Чтобы я вызволил нас обоих из этого жалкого положения?

– Нет!

– Нет? – вкрадчивым голосом повторил он, поднимая голову. – Так ты не хочешь, чтобы я целовал тебя, раздел и начал тебя любить? – Его губы находились так мучительно близко, что Лорен умирала от желания ощутить их ласку на своих губах.

Однако Ник ограничился тем, что едва коснулся ее губ, сначала одного уголка, затем другого. – Ну, пожалуйста, поцелуй меня, – уговаривал он девушку. – Я все время вспоминаю, как ты целовала меня в Харбор-Спрингс, какая шелковистая у тебя кожа…

И Лорен сдалась. С тихим стоном обвила шею Ника и поцеловала. Почувствовала, как вздрогнуло его сильное тело, как легкие с силой втянули воздух за миг до того, как он сжал ее в объятиях, а губы впились в ее рот страстным поцелуем.

Она уже сгорала от яростного, неукротимого желания, когда Ник, оторвавшись от ее губ, хриплым шепотом спросил:

– Где у тебя спальня?"

"Отпрянув, Лорен подняла взгляд.

Серые глаза Ника потемнели от страсти. Они приказывали… И Лорен вспомнила, как в прошлый раз смотрела в эти глаза, уступая его яростному напору. Перед ее мысленным взором вставали картины, одна за другой, и кровь стыла в жилах. Вот она в постели Ника в Харбор-Спрингс, и он ласкает ее так, будто не в силах насытиться, а потом хладнокровно отсылает прочь. К собственному стыду усвоила она этот болезненный урок. Ник умеет быть нежным, страстным и ненасытным любовником только ради физического наслаждения – не испытывая при этом ни малейшей эмоциональной привязанности к женщине!

Лорен знала, что сейчас Ник хочет ее даже сильнее, чем в Харбор-Спрингс. Она это чувствовала. И даже отчасти была убеждена, что помимо физического желания было что-то еще. Однако в Харбор-Спрингс она тоже имела глупость так подумать! На сей раз Лорен хотела знать наверняка. Гордость не позволит ей снова стать безвольной игрушкой в руках Ника.

– Ник, – взволнованно произнесла она.

 – Мне кажется, что мы должны сначала узнать друг друга поближе!

– Мы уже знакомы довольно близко, – напомнил он ей. – Ближе некуда.

– Но я имею в виду… Я бы хотела, чтобы мы лучше узнали друг друга до того… до того, как начнем…

– Лорен, мы уже начали, – с досадой перебил он. – И я хочу закончить, наконец. И ты этого тоже хочешь.

– Нет, я, – ахнув, Лорен лишилась дара речи, когда ладони Ника обхватили ее полные груди, и пальцы принялись дразнить вмиг отвердевшие соски.