Снимаю плащ и убираю его в шкаф, поправляю причёску и платье. Оно кстати, тоже сидит на мне не лучше той юбки, в которой я была в офисе пару дней назад.

Нельзя сказать, что после родов я сильно поправилась, но всё же несколько лишних килограммов появились в бёдрах и груди, поэтому старые вещи сидят теперь на мне в обтяжку. Надо бы выделить немного денег из нашего скромного семейного бюджета и купить себе что-то менее вызывающее.

Вот только на первом месте у меня зимние комбинезоны для мальчишек, которые, кстати, могут пригодиться уже через пару недель. Погода у нас непредсказуемая: в ноябре могут ударить морозы, зато декабрь потом может быть вполне тёплым.

И конечно, при таких вводных мне точно не до обновления собственного гардероба.

На своём столе обнаруживаю папку с какими-то документами, присаживаюсь на стул и пытаюсь вникнуть в суть. Одни сплошные цифры, да мне в этом никогда самой не разобраться, тут уж точно нужны опыт и мозги Астахова. И если быть справедливой, то его появление должно послужить на пользу бизнесу.

Но не мне…

– Доброе утро, – бархатный знакомый голос касается слуха, и я отрываю взгляд от бумаг.

Как он вошёл так тихо? Я и не заметила, зачиталась…

Раньше Андрей всегда был в движении, всюду спешил, и минуты не тратил впустую.

А вот новая версия Астахова кажется весьма своеобразной. И походка… Андрей словно познал смысл жизни и теперь никуда не спешит.

А если серьёзно, он действительно двигается слишком медленно, вразвалочку, будто подкрадывается к жертве.

– Мар-та, доброе утро, – повторяет, привлекая внимание, и неожиданно опускает на мой стол стакан с кофе.

– Доброе, – настороженно смотрю на маленький презент от бывшего.

– Я подумал: нам ведь теперь работать вместе. Мы как-то неправильно начали наше знакомство, вы согласны со мной? – произносит вкрадчиво и опускается на стоящий рядом с моим креслом стул.

Тот самый, на котором сидел Коля на днях.

Хмыкнув, не отвечаю ничего. Протягиваю руку и прокручиваю стаканчик. Мне любопытно, какой напиток выбрал для меня Андрей, ведь он вряд ли помнит, что я люблю кокосовый раф.

Может, стоит принять эту игру и тоже делать вид, будто мы раньше не были знакомы? Там действительно будет проще.

Благодарно киваю и делаю глоток: обычный эспрессо.

– Я не знаю, какой кофе вы предпочитаете, поэтому решил взять классику, – поясняет Астахов.

Говорит честно, без какого-либо подвоха, а мне становится жутко. Он и вправду не помнит ничего, но как же так? Значит, с ним что-то страшное произошло?

Я не должна жалеть бывшего, который хладнокровно втоптал мои самые светлые чувства в грязь. Но сердцу не прикажешь, ведь я любила когда-то этого предателя, и именно отголоски этой любви вызывают в моей душе сочувствие по отношению к Астахову.