– Ну-ка прекрати это немедленно! Ты чего это всякую хрень на винт мотать начал?! Сам же все понимаешь! Фишка в тот день так легла! Начал бы этот ублюдок, например, с меня – меня б не было. Это ж эффект первого выстрела! Не тебе объяснять, что на него и президентская охрана не успевает среагировать! Ты и так сделал все, что мог! Иначе б кончил он там нас всех! И, кстати, просвети меня уже, наконец, как все вышло? – Конан понял, что нужно срочно отвлечь друга от дурных мыслей, и тут же принялся уводить разговор в сторону от щекотливой темы. – Я после выстрела-то Светку сразу за себя и на землю дернул, как при охране физлиц, тогда-то мне и прилетело. Видать, пуля меня догнала, когда уже наклонился, вот она и пошла рикошетом от лопатки, иначе бы мы сейчас с тобою не разговаривали. Я тогда еще периферийкой засек, что вы с Гретой тоже падаете, но, как и отчего, не понял.

– Да там как было, – нехотя стал втягиваться в разговор Иван. – После выстрела Грета сразу вперед упала, ну и я следом. Помнишь, мы отрабатывали упражнение из австрийской «Кобры», когда тебе в спину ствол, а ты вперед резко кувыркаешься и из-под себя назад стреляешь. Так вот, работает прием. Стрелок, гад, ученый был, грамотно к делу подошел. Дождался, сука, когда мы фонарь пройдем, чтоб свет нам в спины светил, и палить начал. Ствол справа налево вел, на скручивание корпуса, как по методичке.

С оружием только перемудрил: кольт «Питон» сорок четвертого калибра, он не для скоростной стрельбы ни разу, после выстрела задирает не по-детски. Вот это остальных и спасло. Был бы тридцать восьмой калибр, все бы мы там легли, без вариантов. А так он с Греты начал, ей прямо в основание шеи попал. А потом, пока ствол после выстрела на линию прицеливания возвращал, я уже пропал с этой линии. Ну, он дальше повел стволом, в Светку, а там ты. И тут уж грех было промазать, – ухмыльнулся Дикий. Видно было, что разбор столкновения немного отвлек его от печальных мыслей. – Ну а я, как кувыркнулся, там уже проще стало: за ним фонарь, силуэт прекрасно виден, я по нему и шмальнул. Там семь метров было, как пальцем ткнуть.

– Кто, узнал?

– Румыны, – после секундной паузы ответил Диконенко. – Один из бригадиров Влада Цепеша, их босса. Оказалось, я тогда на «Тигре» племяша этого босса о забор размазал, вот он на нас и закусил. Команду этому бригадиру дал на уничтожение. А бригадир сначала поручил дело вновь прибывшим, типа вступительного экзамена им устроил. Это когда на автостоянке девчонка половину бандюков из розового пистолета на ноль помножила. После этого Цепеш как с цепи сорвался: пообещал проколовшегося бригадира опомоить, если он лично нас не вальнет.

– Это он тебе рассказал?

– А у него выбора не было: или быстро умереть, или очень больно.