– Привет, Вадик! Каким ветром занесло?

– Да вот спросить хотел: ты Ваньку давно видел?

– Пару дней назад, в больничке. А что?

– А я вчера встретил. Из магазина он возвращался.

– Пьет?

– Пьет. И, судя по всему, много. Жена тоже видела, как он бутылки домой тащил.

– Плохо.

– Я чего и пришел. – Жариков снял свою охотничью шляпу и отер рукавом потный лоб. – Светлана уехала на службу, и он там остался совсем один. Серый пока из больнички выйдет, Ваня сопьется на хрен. Надо что-то делать.

– Так а что мы можем-то? Мы ж ему не мама с папой, мужик он взрослый, да и понять его можно.

– Понять можно, но всему есть предел. А друзья на то и существуют, чтобы остановить в такой момент.

– С Ваниным характером, – с сомнением покачал головой Абрикосов, – не факт, что получится.

– Надо пробовать! Сгорит мужик, если ничего не делать! Или в пьяном угаре мстить пойдет, с него станется!

– Так что ты предлагаешь?

– Поехали к нему, а там видно будет.

– Сейчас? У меня ж магазин! Может, вечером?

– Да хрен с ним, с твоим магазином, никуда он не денется! К вечеру Иван уже опять в дрова будет. Поехали, говорю!

– Умеешь ты убеждать, охотник, – усмехнулся Саня, закрывая ноутбук. – Поехали.

Однако дом по улице Саванной, номер двадцать четыре, встретил их тишиной и запертой калиткой.

– Говорил же тебе, вечером нужно было ехать, – вяло буркнул Абрикосов уже минут десять издевавшемуся над домофоном Жарикову.

– Не ной, – отмахнулся охотник. – Пошли ко мне.

– К тебе-то зачем?

– У нас забор по участку чисто символический, перелезем без труда! – заявил Вадим, решительно направляясь к своей калитке.

– Ага! А вдруг он нас спьяну завалит? И, между прочим, будет в своем праве! – не упустил случая понудить немец, однако отставать даже и не думал.

– Не хочешь – не лезь! Сам разберусь как-нибудь."

"– Да сейчас! Разберется он! Ты, значит, весь такой из себя д’Артаньян, а я – так, погулять вышел! Опять же, подстрелит Ванька тебя, а я до конца дней переживать буду, что на верную смерть товарища отправил!

– Ну, раз так, дружище д’Артаньян, лезь первым. – Жариков услужливо подставил товарищу руки.

Стрельбы не последовало. Более того, когда делегация «спасателей» через газон подошла к дому, дверь им открыл сам виновник переполоха – мрачный, растрепанный и небритый, но вполне адекватный.

– Чего приперлись?

– Я тоже тебя, Ваня, люблю. И даже очень. – Оттеснив не очень-то и сопротивлявшегося собровца, Вадим вошел в дом, протащив вслед за собой и Абрикосова. – Рассказывай!

– Что рассказывать?

Иван подошел к столу, на котором была аккуратно разложена магазинная закуска: сырные и колбасные нарезки, хлеб, маринованные огурцы и пара салатов в одноразовых лотках.