-Так точно, товарищ старшина, разобрался, — сообщил я. — Машина к выезду готова. Масло заменено, зажигание отрегулировано, люфты, где возможно убраны. Тормоза прокачаны. Только заправиться и можно в рейс.

— Хм, а кто тебе помогал тормоза качать? — с любопытством спросил Яшенков.

— Точно, Толян уже кому мог, всем рассказал, что я его послал подальше, даже старшина в курсах, — понял я.

— Из соседнего бокса ребят попросил, они мне помогли, — ответил я, улыбнувшись.

Яшенков в ответ ухмыльнулся и сказал:

Я с тобой тоже все берега попутал, начальство кричит, скорей, скорей, Климов уже достал.

Забыл совсем, что в журналах инструктажа ты не расписался.

Сейчас опломбируем бокс, и пойдем на ПТК, там, в журнале распишешься.

Когда старшина закрыл бокс на замок и сделал оттиск печати на пластилиновой пломбе я, на всякий случай его предупредил:

— Товарищ старшина, мне старший сержант Иванов, обещал голову оторвать, если у него что-нибудь пропадет. На всякий случай, взгляните, у меня при себе ничего нет.

Старшина ухмыльнулся.

— В свидетели берешь.Так может, ты за это время пол бокса в кустах распихал, воон там, у забора.

Не ты первый, между прочим. Может, пойдем, глянем? — И решительно направился в сторону забора.

Я последовал за ним.

Яшенков сунул руку между веток… и вытащил оттуда пару гаечных ключей.

— Хе-хе, не ты ли Сапаров их туда засунул? — ехидно улыбаясь, спросил он.

Я улыбнулся не менее ехидно:

— А вы, товарищ старшина, отпечатки пальцев снимите. Работал то я без рукавиц, мне их как-то забыли выдать.

— Слушай, а это идея, — воодушевился старшина. — У всех, на хер, рукавицы отберу, и все что найду эксперта вызову и проверю. А то пи…дят все, что плохо лежит.

После отбоя ко мне подошел озабоченный Синицын.

— Сапаров, я за тебя пи… лей огребать не собираюсь. Быстро в каптерку, забери п\ш и ко быстро ко мне.

— Товарищ сержант, а в чем деле.

— Я бл… тебе что сказал? Мухой бл… лети.- заорал Синицын. Под левым глазом у него желтел старый синяк.

Я пожал плечами и отправился в каптерку. Пузенко там не было. За столом сидел каптенармус, ефрейторВитя Малышев и пилил старые зубные щетки. Я уже знал, что его любимое занятие делать маленькие финки, с лезвием 4−5сантиметров и с наборными ручками.

Получались они у него одно загляденье.

— Он бросил на меня хмурый взгляд и спросил;

— Какого х… надо.

— Синицын приказал п\ш взять.

— О бл…! Я и забыл.

Малышев залез на табуретку, и с верхней полки достал аккуратно сложенную форму.

Взяв п\ш я вернулся обратно.

Там меня дожидался еще и Мицкунас.

Сердце тревожно екнуло. Сейчас начнутся разборки. Но тут последовала команда:

— Давай сынок переодевайся.

Я надел форму, сапоги и после чего меня начали разглядывать, как невесту на выданье.