Но дальше тянуть было невозможно. Хотели они этого, или не хотели, а оставались Гамовым родственниками. Ближе к ночи все-таки позвонила.

Новости и впрямь были из ряда вон выходящие.

Наташа почему-то сильно расстроилась, хотя, казалось бы…

Покойные свекор и свекровь ей столько горя и обид принесли. Особенно свекровь. Ей бы проклянуть ее да плюнуть на могилу. Но этой внезапной и трагической смертью все стерлось. Будто не было обид. Осталось какое-то странное чувство вины, которому и взяться-то ниоткуда. Будто могла она им всем счастье дать, но не дала.

Позвонила Веронике, та скинула ей снимки прощальных писем Гамова старшего. Наташа сначала крепилась, а потом ушла в ванную и горько расплакалась. Денис ходил под дверью, нервничал. Знал он уже наизусть все ее состояния, опять что-то задумала. Уверен был, что ему это не понравится. И точно.

Вышла, глаза красные. Первым порывом было обнять, утешить. Наташа прижалась к нему, зашептала в грудь:

— Нам придется вернуться. Похороны… — она всхлипнула и прижалась теснее. — По другому не получится…

Денису чуть дурно не стало, когда он услышал, что им предстоит возвращаться и участвовать в похоронах. Выскочил во двор. Курить. Хоть и не курил уже несколько лет. Ему вдруг показалось, что не отпустит их это проклятое болото, затянет, засосет.

Нет! Черта с два!

Он со злостью пнул колесо своей аудюхи. Надо было ехать с утра, как и собирался!

Потом заставил себя успокоиться, понимая, что выехали бы они утром, и кошмар, приснившийся во сне, стал реальностью. Одно в этой ситуации радовало — машинка его новенькая стоит, блестит синими боками, целенькая, не битая. Улыбнулся бледной улыбкой сквозь мрачные мысли. Вспомнилась ему опять та цыганка, что судьбу нагадала.

Намучаешься…

Но если уж судьбе за счастье мучением платить надо, он заплатит эту цену.

Вернулся в номер. Бледная Наташка молча сидела на застеленной кровати, взглянула на него затравленно. Он мужик, ему принимать решение. Будь оно все…

Словно ножом по своей душе — сказал негромко:

— Я предлагаю сейчас выехать. Все равно спать после того, что узнали, не сможем. Да и спали весь день…

Скользнул взглядом по комнате, по постели, где они любили друг друга. Из их маленькой вселенной комната вдруг снова превратилась в безликий номер мотеля. Отвернулся.

Наташка бросилась к нему, обняла со спины.

— Денис, спасибо тебе, что понимаешь… Господи… как же я люблю тебя…

Вздохнул резко, обернулся. Погладил ее по волосам, целуя тихонько в макушку. Правду говорят, что от стресса волосы растут быстрее, потому что светлые корешки у нее отросли еще на миллиметр и теперь стали хорошо заметны. Не надо ей краситься…

— Все хорошо, — сказал. — Не переживай. Надо так надо.

Она любила его, Денис знал это. И все-таки. Все-таки.