Сегодня, наверное, день такой, что все спотыкаются…

— Прости, я нечаянно, — Арида, в отличие от меня, не завалилась, лишь слегка толкнула мой котел. — Почти ничего не расплескалось. Прости!

Я прошила нарушительницу спокойствия злым взглядом и пожала плечами. Что ж за день-то такой! Быстрей бы это все кончилось и мы отправились на пятничную верховую прогулку. Хотя, признаться, уже страшновато — вдруг шею себе сверну?

Отмахнувшись от глупостей, я еще раз повторила заклинание и все нужные действия.

— Как дела, Мили? — рядом остановилась госпожа Рианна, преподаватель, которая, собственно, и вела контрольную.

— Почти готово, — доложила я. — Осталось заклинание прочитать.

— Читай, я посмотрю. — И замерла в шаге от котла.

Мысленно ругнувшись, я принялась выводить плетение и шептать нужные слова. Бдительное внимание Рианны нервировало, руки дрожали, нити терялись. Энергия текла совсем вяло, будто бы делала мне одолжение. Узор получался блеклый. Некоторые нити терялись и гасли, приходилось впопыхах возвращаться к ним, подпитывать.

Вскоре на губах преподавательницы обосновалась снисходительная улыбка. Понятно, что это тоже не добавило уверенности.

От ощущения, будто что-то не так, я отмахнулась, списав его на нервы.

А зря, маг обязан всецело доверять интуиции…

Радуясь, что мучения подходят к концу, я протараторила последние слова. Поток прервался, с пальцев сорвались искорки — остаточная магия.

Неприятное ощущение возросло.

В этот раз я даже отмахнуться от него не успела… Глаза Рианны округлились, а мгновение спустя громыхнул взрыв.

Отшатнуться я тоже не успела.

Зелье! Контрольная! Мое лицо!!!

Я вскрикнула и схватилась за обожженные щеки.

— Поздравляю, Милиан, — с трудом сдерживая раздражение, произнесла Рианна. — На моей памяти зелье от ангины еще не взрывал никто, ты первая. Живо в лекарское крыло!

— А…

— Контрольную пересдашь в понедельник. Вместе с подгруппой.

Охлаждающая мазь действовала возмутительно медленно, щеки и подбородок горели так, будто на них разожгли настоящее пламя. От боли из глаз сочились слезы, смывая лекарство, и Ларисс приходилось, горестно вздыхая, накладывать мазь заново.

— Ненавижу магию! — всхлипнула я. — Всей душой ненавижу!

Перед девчонками было ужасно стыдно.

Ни за что пострадали, Рианна даже не стала смотреть их работы, без разговоров отправила на второй заход вместе со мной.

— Терпи, — приказала лекарка, нанося очередной слой. — Немного осталось. Сейчас снимем боль и займемся лечением.

— Как тебя вообще угораздило?! — негодовала Летта, уперев руки в худые бока.

Впрочем, злилась она не очень сильно, понимала, что мне несладко. Но сама лично вчера проверяла мои умения, и с ними был полный порядок! Так что сейчас имела полное право возмущаться.