Шкура с входа сдвинулась и зашёл высокий мужчина. Вот сразу он мне не понравился. Не только амбре, которое разнеслось по помещению. С трудом сдержалась, чтобы не скривиться. Заросший, неопрятный, взгляд глубоко посаженных глаз бегающий, сразу ясно, что грешков за ним не мало.

Поприветствовал он только старейшин, а остальных проигнорировал. Я на это лишь хмыкнула не скрываясь. На меня лишь зыркнули недовольно.

Парни вошли следом и поздоровались со всеми на мой немой вопрос улыбнулись и кивнули. Значит всё в порядке и беспокоится не стоит.

— И как давно, Байдык, ты перестал почитать законы предков? — обратился самый главный из старейшин.

Всё таки иерархию у них приметить мне удалось. И вождю с парнями присесть не предложили. Всё это «мотала себе на ус».

— Всё навет и наговор, не докажите, — упрямо стоял на своём, но гонор свой убавил.

— Пригласите Рольфа, Биттора и Гамиля из племени вождя Байдыка, — поклонившись обратился Енги к старейшинам.

Парни будто ждали по близости и явились очень быстро. Их тщательно с пристрастием опросили и выяснилась ещё одна интересная деталь — в племени периодически появлялись женщины и девушки. При чем не после схода племён, когда выбирали себе жён, а в неурочное время. Их брали второй, третьей или даже пятой женой, приближенные к вождю люди. Из себя женщины представляли жалкое зрелище: забитые, запуганные, со следами побоев. На контакт с местными они совсем не шли, сторонились.

А не те ли это женщины и девушки, которые были похищены в результате набегов?...

Глава 32

Парней всех отпустили заниматься своими делами.

— Простите, старейшины, но есть ещё одна проблема с которой без вас никак не справиться. Предполагаю, что она касается и вождя Байдыка, поэтому прошу его пока задержать. — пришлось изобразить чуть виноватый вид, хотя таковой я себя не чувствовала.

Удивительно, но к моей просьбе прислушались и приставили к вождю двух воинов для охраны.

— Во время своего пути, когда мы искали место для нашего племени, то стали свидетелями одного происшествия... — продолжать описывать увиденное мне совсем не хотелось, поэтому посмотрела на Реинира и сжала его ладонь."

"Мой мужчина понимал меня уже с полу взгляда, поэтому теперь слово взял он. Подробно сначала описал то, что мы увидели в разорённом племени. Его рассказ был менее эмоциональным, но выдавал такие подробности, которые я выпустила из виду. Но каждая деталь была очень важна, так как давала полную картину преступления. Я слушала Реинира и у меня перед глазами вновь вставали картины увиденного когда-то и наворачивались слёзы. Объяснил мужчина и то, почему мы не остались для оказания помощи пострадавшим.