Потому что, кивнув, король подтвердил, что красные драконы здравствуют и поныне, полностью восстановив свою численность после ухода части их племени в другой мир.

– За свою жизнь я ни разу не встречал носителей этой крови, – признался он. – Хоть две сотни лет назад малая их часть и осталась в Эдессе, но в смешанных браках кровь черных драконов быстро пересилила. К этому дню красные без постоянных контактов с людьми полностью одичали.

На этом обед подошел к концу.

Король твердо вознамерился вернуться на Краф-Тирин, поэтому, поблагодарив хозяина и его молчаливую жену за чудесный обед, мы покинули гостеприимный дом старейшины.

На улице нас поджидали Наездники, и уже очень скоро я взбежала по крылу Бурного в приготовленное для меня седло.

…Обо всем этом я рассказала кузине, утаив лишь то, как сильно расстроилась из-за скомканного окончания нашего свидания. Потому что, стоило драконам опуститься на парадное крыльцо дворца – то самое, с батальной сценой, – как король тут же со мной попрощался и ушел, окруженный приближенными.

Государственные дела, заявил мне напоследок, которые не терпят отлагательств.

А так и не успела спросить у него о своей сестре!.. Не смогла сделать это на Краф-Горгии, отложив до возвращения на Краф-Тирин, но и здесь у меня ничего не вышло!.. И даже поблагодарить за полет на драконе и обед в доме у старейшины Краф-Горгии мне не удалось.

Но король ушел, а я осталась, гадая, пройдет ли он мимо меня этим вечером на балу точно так же, как и в первую нашу встречу. Или же что-то изменилось в его отношении ко мне за день, проведенный на Краф-Горгии?

Ответа я не знала.

Поэтому совсем немножко посмотрела ему вслед, вздохнула всего лишь один раз, после чего, сопровождаемая Йоссом, вернулась в Женское Крыло.

Туда, где меня давно дожидалась встревоженная кузина, сразу же набросившаяся с расспросами."

"Затем настал и ее черед поделиться со мной рассказом о втором испытании. Но вместо того, чтобы расписать все в красках и деталях, она с крайне мрачным видом заявила:

– Бретт предложил мне стать его любовницей.

– Ты имеешь в виду, его атори? – растерялась я.

– Мне совершенно наплевать, как это называется в этом мире! – воскликнула Одиль.

Подскочила с кровати, затем принялась расхаживать по комнате. – Так я ему и сказала! А когда он попытался объяснить мне разницу в значении слов «любовница» в Фортрайте и «атори» в Эдессе, то… Догадайся, как далеко я его послала!

– Он женат? – спросила у нее сочувственно.

– Если бы! – усмехнулась Одиль, но я заметила, как в ее глазах снова блеснули слезы. – И от этого вдвойне обидно. Если бы Бретт был женат, то я хотя бы постаралась его понять! Подумала, что… гм… очень хочется, но не можется.