И моя магия тоже не причинила ему заметного вреда. Вернее, вообще никакого вреда.

– Собиралась меня поджарить, королевская подстилка? – ухмыльнулся Малор. – Ошибаешься, девка! Заклинания Фортрайта бессильны против моего Гарда! Как видишь, я хорошо подготовился… Но у меня есть браслеты, блокирующие магию, и если ты наденешь их добровольно, то останешься в живых. Если нет, то отправишься в полет без дракона, а я с удовольствием посмотрю тебе вслед.

– Ну почему же без дракона? – улыбнулась ему кровожадно, потому что заметила…

Неожиданно увидела, как в небе позади советника появилась моя драконица, сопровождаемая своей свитой. Она спешила мне на помощь.

Малор тоже их заметил. Выругавшись, попытался улизнуть, но было слишком поздно.

Они поймали его неподалеку от Храма, разделавшись с советником и его крылатым ящером за несколько секунд. И теперь уже Малор отправился вниз, только вот смотреть ему вслед я не стала. Вместо этого кинулась к Йоссу.

Мой страж был жив, но серьезно ранен. Удар когтистой лапой нанес ему несколько глубоких ран, и он истекал кровью. Поняв, что мне самой с такими повреждениями не справиться, я погрузила его в стазис, размышляя, каким образом мне доставить его в безопасное место и в то же время поскорее добраться до Маи.

Повезло, потому что прилетел его дракон, и я довольно быстро втолковала ему – а заодно и своим красным, – что произошло. И еще то, что ему стоит унести Йосса подальше. Улететь с ним в безопасное место, укрыть и сберечь, а потом, когда все закончится, я верну его к жизни.

– Мне нужно наверх, пока еще не слишком поздно, – сказала я своей драконице, перекрикивая ветер и размазывая по лицу струи дождя. Протянула к ней руку, и она доверчиво уткнулась носом в мою ладонь. – Там девочка, которая пытается спасти свою мать. А потом мы попробуем объединиться…

И драконица взмыла в воздух, но далеко не улетела – кружила над дырявым куполом Великого Храма, дожидаясь, пока я закончу со своими делами. Я же буквально за несколько секунд взбежала по ступеням на самый верх Храма, где застала плачущую Маю, уговаривающую свою мать не делать то, что она задумала.

Вдовствующая королева с безучастным видом застыла на краю площадки. Смотрела вниз, на груду камней, оставшихся от восточной части храма, похоронивших под собой почти весь Орден Богини Махалет.

Покачивалась на краю, и, чем ближе я подходила, тем отчетливее слышала ее голос. Пусть ветер и заглушал часть слов королевы, унося порывами их за собой, но она снова твердила про руины и пресловутый конец света, перемежая это фразами из молитв.

– Мама! – плакала Мая. Хотела было подойти, но ее остановил полубезумный взгляд королевы. – Мама, не делай этого! Прошу тебя, не прыгай! Мама, я люблю тебя!..