Категорически отказываюсь, потому что это не наша судьба. Ты моя. Мой лучший друг и моя возлюбленная, моя единственная версия вечности, и я не собираюсь когда-либо отпускать тебя. Мое единственное намерение в этом всем — это юридически связать тебя со мной на всю оставшуюся жизнь.

— Так романтично, — опускаясь на колени, я обвиваю руками его шею, в то время как он обвивает одной рукой мою талию. Я прекрасно слышу, как гудит толпа. Этот разговор продолжается уже довольно долго, но мне все равно. — Ты уверен, что хочешь быть привязан ко мне навсегда?

Вот и появляется улыбка, которую я так люблю, кривая и самодовольная, словно он самый самоуверенный человек на Земле.

— Навсегда, черт возьми, Ол. Запри меня и выбрось ключ. Я твой, детка. Всегда так было, всегда так и будет. И, когда мы вернемся домой, я выбью из тебя всю дурь.

Я морщу нос, пытаясь сдержать слезы, которые продолжают катиться, пока я изучаю его лицо, огонь в его глазах, который никогда не гаснет, надежду и обещание в них.

— Я так сильно люблю тебя, Картер.

— Тогда почему я все еще жду ответа?

— Хм-м, — я притягиваю его ближе, запечатлевая поцелуй в уголке его рта.

 — Я думала, требования не требуют ответов? — я глубоко вздыхаю при виде невозможно красивой улыбки, дополняющей его красивое лицо. — Я люблю тебя, Картер. Нет ничего, чего я хотела бы в этой жизни сильнее, чем провести ее с тобой.

Он с трудом сглатывает, его замшелые глаза скачуют в золотом сиянии банкетного зала. Я наблюдаю, как они затуманиваются, и когда он моргает, одинокая слезинка скатывается по его правой щеке.

— Почему ты плачешь? — тихо спрашиваю я, ловя слезу губами.

Он не отвечает. Во всяком случае, не мне.

— Она сказала «да»! — Картер подхватывает меня за талию, прижимая к груди, вскакивает на ноги и кружит меня вокруг себя. — Она будет моей женой!

Он опускает меня обратно на пол, надевает мне на палец самый потрясающий бриллиант, наклоняет меня и завладевает моими губами в нечто ином как собственническом поцелуе, таком диком, неистовым. Поцелуй, наполненный всей любовью, что нам не хватало на прошлой неделе.

И я без сомнений знаю, что больше нам никогда не придется обходиться без них.

Картер не шутил насчет того, что не принимает отказов.

Перед отелем нас ждал лимузин, мой багаж уже внутри. Как только Кара и Эммет уехали, мы последовали за ними.

Картер чуть ли не запихнул меня на заднее сиденье, повторяя, как сильно он хочет вернуться домой. И, что ж… дом звучит для меня довольно заманчиво.

Он выглядит ужасно милым и застенчивым, когда набирает новый код на входной двери: один-два-один-пять.

— Пятнадцатое декабря, — говорит он, и свет фонаря на крыльце освещает румянец на кончике его ушей. — День, когда мы встретились.