– Об отце я вообще практически ничего не знаю, дочь о нем не говорит, его как будто и не существует, – сменила тему Майя. – А мать меня наняла по телефону.

– Не пожелала даже с тобой встретиться?

Майя покачала головой:

– Я ее ни разу не видела.

Гипнотизер сначала не поверил, но быстро произвел подсчеты в уме: синьора Ваннини сказала, что хозяйка не приезжала даже на Рождество, а Майя прибыла в Тоскану писать диплом три месяца назад. Ему бы самому догадаться: как от него могла ускользнуть такая простая вещь?

– Значит, ты не знаешь, что за человек Беатриче Онельи Кателани…

– Если мне нужно с ней поговорить, я посылаю эсэмэс. Потом Беатриче перезванивает, когда ей удобно. Иногда через несколько дней, – добавила девушка.

Знаю, каково это – расти без матери, подумал психолог. Хотя сравнение верно лишь отчасти: ведь его мать умерла до того, как могла бы по-настоящему ему что-то дать. Так или иначе, не помогало делу и общество овдовевшего отца, такого как синьор Б.: он не только не был способен выразить нежные чувства, но даже не мог преодолеть свое горе. Грустный человек, слоняющийся по дому, – таким он виделся сыну.

– Ты называешь Беатриче по имени, – отметил Джербер. – Вот я и подумал, что у вас близкие отношения.

– Она попросила так себя называть. В самом деле, она открытая и непосредственная. Не то что другие работодательницы: те, как правило, относились ко мне свысока.

– Мне показалось, однако, что синьора Ваннини плохого мнения о матери Эвы. – Джербер вспомнил, как вспылила женщина при их первом знакомстве.

Майя пожала плечами:

– Она и отца Эвы последними словами честит.

– Не знаешь, как давно она здесь служит?

– Нет, но иногда Ваннини говорит о старых добрых временах, когда она командовала целым штатом прислуги и в доме всегда было полно народу. Кажется, Онельи Кателани обычно прибывали сюда летом и устраивали невероятные празднества, которые длились несколько дней, а гости съезжались со всего света.

– А десять лет назад все изменилось, – подытожил Джербер, вспомнив, сколько лет девочке.

Они помолчали.

– Как по-твоему, Эва действительно слышит голос своего воображаемого друга? – задала Майя более чем закономерный вопрос.

– Если у нее шизофрения, то, разумеется, слышит, – отвечал Джербер. – Но еще рано ставить диагноз. Однако, чтобы подкрепить свою историю, Эва развила в себе удивительную способность лгать.

– Что ты имеешь в виду?

– Например, я заподозрил, что она выходила в сеть, чтобы найти информацию обо мне, а сегодня она, как будто случайно, пожаловалась, что интернет не работает. Но ты совсем недавно сказала, что посылаешь диплом по электронной почте.

– Интернет и в самом деле подвисает, – признала Майя, словно пытаясь оправдать девочку.