Существо корчилось, как иногда корчится ребенок, но, лишившись рук и ног, более заметного движения оно произвести не могло.

Доакс склонился над обрубком и с напряженным вниманием вгляделся в то, что когда-то являлось лицом.

— Фрэнк, — произнес сержант после продолжительного молчания, и существо выкатило глаза на него.

Вой умолк, но вскоре возобновился, уже на более высокой ноте.

— Ты его узнал? — спросил я.

— Да. Это Фрэнк Обри.

— Откуда тебе известно? — удивился я, поскольку все бывшие люди, оказавшись в подобном положении, выглядят одинаково.

Единственной отличительной чертой для меня были лишь морщины на лбу.

Доакс указал подбородком на шею того, кто еще недавно был человеком, и буркнул:

— Татуировка. Это Фрэнк.

Он пробормотал что-то невнятное, наклонился вперед и поднял небольшой листок бумаги, прикрепленный к сиденью липкой лентой. Я вытянул шею и увидел начертанное тонким почерком доктора Данко слово. «Честь».

— Зови врачей! — велел Доакс.

Когда я подбежал к «скорой помощи», парни уже закрывали задние двери.

— У вас найдется местечко еще для одного? — спросил я.

 — Он не займет много места, но потребуется большая доза успокоительного.

— В каком состоянии он находится? — поинтересовался Ирокез."

"Хороший вопрос для человека его профессии, но единственный ответ, который пришел мне в голову, оказался несколько легкомысленным:

— Боюсь, вам самим потребуется большая доза успокоительного.

Не оценив сложности положения, парамедики взглянули на меня так, словно с моей стороны это была дурацкая шутка. Затем они посмотрели друг на друга, пожали плечами, и старший из них произнес:

— Ладно, приятель.

Мы его как-нибудь втиснем.

Ирокез покачал головой, открыл двери «скорой» и начал вытягивать оттуда каталку.

Пока они везли ее к микроавтобусу доктора Данко, я забрался в машину, чтобы посмотреть, как чувствует себя Дебора. Она лежала с закрытыми глазами, очень бледная. Но дышала сестра легче. Открыв один глаз и посмотрев на меня, она спросила:

— Почему мы не движемся?

— Доктор Данко разбил свой микроавтобус.

Дебора напряглась и попыталась сесть. Теперь оба ее глаза оказались открытыми.

— Вы его взяли?

— Нет, лишь пассажира. Думаю, он хотел доставить его в нужное место, поскольку обработка закончилась.

Дебора побледнела еще больше.

— Кайл? — прошептала она.

— Нет. Доакс говорит, что это парень по имени Фрэнк.

— Ты уверен?

— Да. На его шее имеется тату. Это не Кайл, сестренка.

Дебора закрыла глаза и опустилась на койку так, словно из нее вдруг выпустили воздух.

— Слава богу!

— Надеюсь, ты не будешь возражать, чтобы разделить свой кеб с Фрэнком? — спросил я.