Газета, из которой бабка аккуратно вырезала одну статью, была русскоязычной – в Израиле язык доброй части репатриантов вполне в ходу, так что Вадик с Катькой не затруднились узнать: великий Роберт Гуреев умер, а его французские адвокаты ищут наследников и просят претендентов объявиться.

– И шо? – спросила Катька.

Вадику нравилось это ее кубанское «шоканье» – напоминало аналогичную манеру покойной бабки.

– Ну шо, шо…

Вадик неопределенно пожал плечами.

Он еще ничего не решил.

Но уже вспомнил, как в детстве мечтал, что вырастет – и станет царевичем…

– Прошу приобщить к делу!

Юристы Анны Горловой – пара каких-то очень похожих молодых людей, действующих удивительно сложенно. Эти «двое из ларца, одинаковы с лица» определенно не зря едят свой хлеб.

Я уже приобщила к делу бесценный билет с автографом Роберта Гуреева – правда, не оригинал, а нотариально заверенную копию – и экспертное заключение графолога.

Оригинал слишком ценен, считает владелица исторического документа, и она безусловно права: в прессе пишут, что билет с автографом будет выставлен на аукционе в Лондоне. Не сейчас – после решения суда, потому что в том случае, если Анна Горлова будет признана дочерью и наследницей Роберта Гуреева, ценность этого лота обещает возрасти. Хотя в любом случае это уже бумага с историей, способная украсить хоть частную коллекцию, хоть музей. Останавливая экскурсантов у застекленной витрины с пожелтевшей картонкой, украшенной размашистой подписью Гуреева, экскурсовод будет прочувствованно рассказывать о короткой и яркой истории любви великого танцовщика и простой советской девушки, в результате которой на свет появилась наследница…

Или не появилась наследница.

Рассказ о короткой и яркой любви будет в любом случае, ведь это уже доказанный факт – Роберт Гуреев и Наталья Горлова провели вместе одну ночь в ленинградском отеле «Интурист».

К делу благополучно приобщен счет за одноместный номер люкс, в котором жил Гуреев. С импресарио и самому артисту, и юристам Горловой определенно повезло: этот прекрасный специалист с выразительным ФИО Абрам Лазаревич Исаковский оказался невероятно дотошен и скрупулезен, так что в архивах нашлась масса документальных свидетельств того приезда Гуреева в СССР.

Помимо счета за ленинградский люкс, заказанный для артиста концертным объединением, сохранился и счет из ресторана за поздний ужин с доставкой в номер. Его оплачивал уже сам артист, очевидно, даже ушлый Абрам Лазаревич Исаковский не мог убедить Госконцерт, что заказ бутылки дорогого шампанского, устриц, черной икры и клубники с сервировкой столика в номере на двоих имеет самое прямое отношение к выполнению артистом Гуреевым взятых на себя деловых обязательств.